Сначала надо залогиниться, идiотъ

Общество с переменчивой человечностью

Я, кажется, вернулся в ГАЗЕТУ. Первую колонку уже написал, правда пока не знаю — где ее поставили. Поэтому кладу так.

Тьфу-тьфу и стук по дереву — но мне очень хочется ДЕЙСТВИТЕЛЬНО вернуться в ГАЗЕТУ. Я ей очень многим обязан.

————-

14 июня 2005 года волонтер отделения обшей гематологии Российской детской клинической больницы Аня Егорова написала в своем живом журнале о маленьком пациенте — Диме Рогачеве. За день до десятилетия Димы у него обнаружили четвертый рецидив лейкоза. Уже после пересадки костного мозга. Это означало, что шансов практически нет. Диме в тот день рождения позволили многое из того, что не позволяют другим маленьким пациентам этого знаменитого теперь отделения. В том числе — покататься по Москве-реке на пароходе. На пароходе Дима рассказал Ане о том, что приехал лечиться в Москву только на том условии, что к нему придет сам Путин. Чтобы поесть блинов. И девушка, рассказав эту историю в своем блоге, спросила: Почему бы Путину не приехать в Диме в гости? И приписала: Я знаю, что это нереально.

Путин приехал к Диме в больницу 8 августа. Эта история широко известна: просьбу Ани Егоровой заметили, передали в Кремль, тогда еще начальник пресс-службы президента Наталья Тимакова сначала привезла мальчику открытку от Путина, а потом Путин приехал и сам. Конечно, с блинами.
Визит был подготовлен втайне от главного врача РДКБ и по ходу дела заведующая отделением рассказала президенту о том, как обстоят дела с лечением детских онкологических заболеваний. И сказала — хорошо бы специализированный центр построить.

— Построим, — сказал президент и уехал.

Так эта история начиналась. Потом было многое. Пресс-конференции сотрудников онкологического центра на Каширке и помогающего центру банкира Александра Лебедева о том, что лучше бы выделенные на центр деньги отдали бы им. Статьи в «Новой газете» (по удивительному совпадению принадлежащей тому же Лебедеву) о том, что вместо обещанного центра на Ленинском проспекта так и остается пустырь. Подобное неверию Ани Егоровой («я знаю, что это нереально») неверие самих сотрудников гематологического отделения в то, что центр построят.

Но год назад строительство все-таки началось. А 10 июня в центре состоялся праздник. «День возведения под крышу». Стены нового центра построены.

Конечно, это еще очень ранняя стадия — самое сложное в подобных медицинских центрах это не здание, а внутреннее устройство и оборудование. Но больницу обещают сдать 1 июня 2011 года. Дима Рогачев умер, но тысячи детей будут спасены благодаря его желанию поесть блинов с Путиным. На «День возведения под крышу» приехала его мама. Не хотела ехать, отказывалась — но все же приехала. Этот центр — лучший памятник ее сыну.

Удивительно, до чего действительно неисповедимы пути господни. И очередной день рождения Димы Рогачева, и возведение стен нового центра каким-то непостижимым образом совпали с ситуацией в Пикалево. Ситуации очень похожие (если отбросить сентиментальность). В некое место приехал Путин и волюнтаристскими методами решил некие проблемы.

Но в первом случае пресса писала восторженно: «Ну пусть хоть так, хоть через визит — но ведь будет больница! Хоть какая-то польза от вертикали!». А во втором случае — глумливо: «Путин устроил глупый спектакль. Премьер не может ездить по регионам и гасить пожары. Вертикаль не работает».

Хочется почувствовать разницу. Но не получается. Я сижу и пытаюсь представить себе, что четыре года назад Путин приехал бы в Пикалево, а неделю назад — в РДКБ. Интересно, какая была бы реакция? Если такая же — значит, ситуации несравнимые. И ради спасения больных детей общество готово простить премьер-министру весь его показной популизм. А если бы реакция была противоположная — значит, Путин тут ни причем. Значит, все дело в контексте. Во времени. В ситуации. И, разумеется, в обществе.
И это порождает куда как более сложный вопрос. А именно: что, черт возьми, лучше? Показной популизм при поломанной вертикали или общество, уровень доброты которого прямо пропорционален индексу ММВБ?

Если я напишу здесь, что выбираю волюнтаризм — меня обвинят в наливании воды на мельницу Вертикали. Если же выбрать общество с переменчивой человечностью — то жить в таком обществе, извините, не хочется.

Оставить комментарий

Чтобы оставить комментарий, Вы должны войти в систему.