Архив за деньоктября 5, 2013

Всё равно

Суббота, октября 5, 2013

Осужденные действительно работают с 7:30 утра до 0:30 ночи, с перерывом на обед и ужин. Воскресенья — рабочие, из этого следует, что выходных вообще нет. Вот распорядок дня: в 6 утра подъем (по факту в 05:50), с 06:05 до 06:20 — зарядка. После этого все бегут убирать постели, умываться, если успевают — пьют чай. В 7:10 все отряды стоят на разводной линии. В 11:00 проверка. С 12:00 до 13:30 заключенных побригадно выводят в столовую на обед. Это совершенно не означает, что он идет полтора часа — каждой бригаде дается на трапезу примерно 15 минут. После осужденные шьют до 16:00. В 16:00 развод с работы, осужденные выходят с промзоны в жилзону, проходят по разводной линии и возвращаются на «промку». В 17:00 проверка. В 20:00 — ужин. После ужина осужденные шьют до 00:30. В отряды они приходят где-то к часу ночи. И так семь дней в неделю. Если все-таки воскресенье не рабочий день, тогда отбой в субботу в 23:00 и распорядок следующего дня таков: в 07:00 подъем, завтрак, в 10:00 обязательное мероприятие либо на плацу, либо в клубе (художественная самодеятельность, спартакиада), длится оно один час. В 11:00 проверка. В 11:30 все идут по отрядам, сидят на стульчиках в секциях и слушают радиоэфир (лекции, в основном, на тему правил внутреннего распорядка). Длится это полчаса, до 12:00. После 12:00 начинаются обеды. С 15:00 до 16:45 тематические и литературные часы, осужденные сидят на стульчиках в «помещении воспитательной работы» и слушают письменно утвержденные начальником отряда рассказы, стихи и т. д. В 17:00 проверка. После этого немного личного времени, которое, в основном, уходит на хозяйственные работы. В 22:00 отбой. По поводу непосредственно работы: зеки шьют в таком режиме на старых швейных машинках. Когда себя плохо чувствуешь — идешь в санитарную часть, выпиваешь таблетку, и обратно на «промку». Но надо сказать, что когда я сидела в колонии, то болеть никому, кроме Толоконниковой, было нельзя: бригада будет из-за тебя отставать, а такое недопустимо. При этом Толоконниковой, когда она была трудоустроена на швейное производство, по распоряжению начальника колонии был выделен новый «мотор» (швейная машинка), а люди, которые сидят по десять лет, вынуждены были выполнять норму выработки на старых, практически не подлежащих ремонту. Если бы «моторы» поменяли не только Наде, а всем — производительность труда выросла бы, а число конфликтов уменьшилось. И она могла поднять эту тему: мол, всем не выделили новые швейные машинки, а мне выделили, из-за старых «моторов» вся бригада еле вкладывается в установленные нормативы — меняйте всем. И поменяли бы. Но она этого не сделала. Или, к примеру, в отрядах отсутствует горячая вода. Надя могла бы давить именно на эту тему и, возможно, закупили бы во все отряды мощные водогрейные котлы.
Отсюда