Сначала надо залогиниться, идiотъ

Не яйца

Cbcrb

комментария 252 to “Не яйца”

  1. j-svejk:

    что это было

  2. Паркера обуяли демоны. творит непотребное.

  3. ne_@:

    не глистов

  4. xe3:

    Питерский художник прибил свою мошонку к брусчатке Красной площади

    xe3 Reply:

    exorcismist (exactis illusionibus) Reply:

    @xe3, блять. и вы туда же.

    alexp Reply:

    @xe3, откуда в питере красная площадь?

  5. Сирийское крыло «Аль-Каиды» запретило музыку и танцы

  6. mizbug:

    а где йайца?

    мир сошел с ума, блеать

    j-svejk Reply:

    @mizbug, http://t.co/j6vGf81aXk

    xe3 Reply:

    @mizbug, Яйцы прибиты к брусчатке!

  7. mizbug:

    «В США спустили на воду новейший авианосец»

    всем бояцца!

    alexp Reply:

    @mizbug, В США спустили на воду.

  8. mizbug:

    а ведь все потому, что у художника маленький хуй

    aLive Reply:

    @mizbug, откуда знаешь ?

    exorcismist (exactis illusionibus) Reply:

    @mizbug, художника может обидеть каждый.

  9. антипропагандист:

    вот уже и первоисточнег найден.

  10. alexp:

    всем сысцець!

  11. k3c.Duncan:

    Клифорд Саймак. Поколение, достигшее цели

    Тишина царила много поколений. Потом тишина кончилась.

    Рано утром раздался Грохот.

    Разбуженные люди прислушивались к Грохоту, затаившись в своих
    постелях. Они знали, что когда-нибудь он раздастся. И что этот
    Грохот будет началом Конца.

    Проснулся и Джон Хофф, и Мэри Хофф, его жена. Их было только
    двое в каютке: они еще не получили разрешения иметь ребенка.
    Чтобы иметь ребенка, нужно было, чтобы для него освободилось
    место; нужно было, чтобы умер старый Джошуа, и, зная это, они
    ждали его смерти. Чувствуя свою вину перед ним, они все же про
    себя молились, чтобы он поскорее умер, и тогда они смогут иметь
    ребенка.

    Грохот прокатился по всему Кораблю. Потом кровать, в которой,
    затаив дыхание, лежали Джон и Мэри, поднялась с пола и
    привалилась к стене, прижав их к гудящему металлу. Вся
    остальная мебель- стол, стулья, шкаф- обрушилась с пола на ту
    же стену и там осталась, как будто стена стала полом, а пол-
    стеной. Священная Картина свесилась с потолка, который только
    что тоже был стеной, повисела, раскачиваясь в воздухе, и
    рухнула вниз.

    В этот момент Грохот прекратился и снова наступила тишина. Но
    уже не та тишина, что раньше: хотя нельзя было явственно
    различить звуки, но если не слухом, то чутьем можно было
    уловить, как нарастает мощь машин, вновь пробудившихся к жизни
    после долгого сна.

    Джон Хофф наполовину выполз из-под кровати, уперся руками,
    приподнял ее спиной и дал выползти жене. Под ногами у них была
    теперь стена, которая стала полом, а на ней- обломки мебели.
    Это была не только их мебель: ею пользовались до них многие
    поколения.

    Ибо здесь ничто не пропадало, ничто не выбрасывалось. Таков был
    закон, один из многих законов: здесь никто не имел права
    расточать, не имел права выбрасывать. Все, что было,
    использовалось до последней возможности. Здесь ели необходимое
    количество пищи- не больше и не меньше; пили необходимое
    количество воды- не больше и не меньше; одним и тем же воздухом
    дышали снова и снова. Все отбросы шли в конвертор, где
    превращались во что-нибудь полезное. Даже покойников — и тех
    использовали. А за многие поколения, прошедшие с Начала Начал,
    покойников было немало. Через некоторое время, может быть
    скоро, покойником станет и Джошуа. Он отдаст свое тело
    конвертору на пользу товарищам, сполна вернет все, что взял от
    общества, заплатит свой последний долг- даст право Джону и Мэри
    иметь ребенка.

    «А нам нужно иметь ребенка, — думал Джон, стоя среди обломков,
    — нам нужно иметь ребенка, которого я научу Читать и которому
    передам Письмо».

    О Чтении тоже был закон. Читать воспрещалось, потому что Чтение
    было злом. Это зло существовало еще с Начала Начал. Но люди
    давным-давно, еще во времена Великого Пробуждения, уничтожили
    его, как и многое другое, и решили, что оно не должно
    существовать.

    Зло он должен передать своему сыну. Так завещал его давно
    умерший отец, которому он поклялся и теперь должен сдержать
    клятву. И еще одно завещал ему отец- беспокойное ощущение того,
    что закон несправедлив.

    Хотя законы всегда были справедливыми. Ибо все они имели
    какое-то основание. Имел смысл и Корабль, и те, кто населял
    его, и их образ жизни.

    Впрочем, если на то пошло, может быть, ему и не придется никому
    передавать Письмо. Он сам может оказаться тем, кто должен его
    вскрыть, потому что на конверте написано: «ВСКРЫТЬ В СЛУЧАЕ
    КРАЙНЕЙ НЕОБХОДИМОСТИ». А это, возможно, и есть крайняя
    необходимость, сказал себе Джон Хофф. И Грохот, нарушивший
    тишину, и стена, ставшая полом, и пол, ставший стеной.

    Из других кают доносились голоса: испуганные крики, вопли
    ужаса, тонкий плач детей.

    — Джон, — сказала Мэри, — это был Грохот. Теперь скоро Конец.

    — Не знаю, — ответил Джон. — Поживем- увидим. Мы ведь не знаем,
    что такое Конец.

    — Говорят… — начала Мэри, и Джон подумал, что так было
    всегда.

    Говорят, говорят, говорят…

    Все только говорилось; никто ничего не читал, не писал…

    И он снова услышал слова, давным-давно сказанные отцом:

    — Мозг и память ненадежны; память может перепутать или забыть.
    Но написанное слово вечно и неизменно. Оно не забывает и не
    меняет своего значения. На него можно положиться.

    — Говорят, — продолжала Мэри, — что Конец наступит вскоре после
    Грохота. Звезды перестанут кружиться и остановятся в черном
    небе, и это будет верным признаком того, что Конец близок.

    «Конец чего? — подумал Джон. — Нас? Или Корабля? Или самих
    звезд? А может быть, Конец всего- Корабля, и звезд, и великой
    тьмы, в которой кружат звезды? »

    Он содрогнулся, когда представил Конец Корабля или людей, — не
    столько из-за них самих, сколько из-за того, что тогда конец и
    замечательному, так хорошо придуманному, такому размеренному
    порядку, в котором они жили. Просто удивительно, ведь людям
    всегда всего хватало, и никогда не было ничего лишнего. Ни
    воды, ни воздуха, ни самих людей, потому что никто не мог иметь
    ребенка, прежде чем кто-нибудь не умрет и не освободит для него
    место.

    В коридоре послышались торопливые шаги, возбужденные голоса, и
    кто-то забарабанил в дверь, крича:

    — Джон! Джон! Звезды остановились!

    — Я так и знала! — воскликнула Мэри. — Я же говорила, Джон. Все
    так, как было предсказано.

    Кто-то стучал в дверь.

    И дверь была там, где она должна была быть, там, где ей
    полагалось быть, чтобы через нее можно было выйти прямо в
    коридор, вместо того чтобы подниматься по лестнице, теперь
    бесцельно висящей на стене, которая раньше была полом.

    Почему я не подумал об этом раньше, спросил он себя. Почему я
    не видел, что это глупо: подниматься к двери, которая
    открывается в потолке? А может быть, подумал он, так и должно
    было быть всегда? Может быть, то, что было до сих пор, было
    неправильно? Но, значит, и законы могли быть неправильными…

    — Иду, Джо, — сказал Джон.

    Он шагнул к двери, открыл ее и увидел: то, что было раньше
    стеной коридора, стало полом; двери выходили туда прямо из
    кают, и взад и вперед по коридору бегали люди. И он подумал:
    теперь можно снять лестницы, раз они не нужны. Можно спустить
    их в конвертор, и у нас будет такой запас, какого еще никогда
    не было.

    Джо схватил его за руку и сказал:

    — Пойдем.

    Они пошли в наблюдательную рубку. Звезды стояли на месте.

    Все было так, как предсказано. Звезды были неподвижны.

    Это пугало, потому что теперь было видно, что звезды- не просто
    кружащиеся огни, которые движутся на фоне гладкого черного
    занавеса. Теперь было видно, что они висят в пустоте; от этого
    дух захватывало, начинало сосать под ложечкой. Хотелось крепче
    схватиться за поручни, чтобы удержаться в равновесии на краю
    головокружительной бездны.

    В этот день не было игр, не было прогулок, не было шумного
    веселья в зале для развлечений. Везде собирались кучки
    возбужденных, напуганных людей. Люди молились в церкви, где
    висела самая большая Священная Картина, изображавшая Дерево, и
    Цветы, и Реку, и Дом вдалеке, и Небо с Облаками, и Ветер,
    которого не было видно, но который чувствовался. Люди убирали и
    приводили в порядок на ночь каюты, вешали на место Священные
    Картины- самое дорогое достояние каждой семьи, — снимали
    лестницы.

    Мэри Хофф вытащила Священную Картину из кучи обломков на полу.
    Джон, стоя на стуле, прилаживал ее к стене, которая раньше была
    полом, и размышлял, как это получилось, что каждая Священная
    Картина немного отличается от других. Это впервые пришло ему в
    голову.

    На Священной Картине Хоффов тоже было Дерево, и еще были Овцы
    под Деревом, и Изгородь, и Ручей, а в углу- несколько крохотных
    Цветов. Ну и, конечно, Трава, уходившая вдаль до самого Неба.

    Когда Джон повесил Картину, а Мэри ушла в соседнюю каюту
    посудачить с другими перепуганными женщинами, он пошел по
    коридору, стараясь, чтобы его походка казалась беззаботной,
    чтобы никто не заметил, как он спешит.

    А он спешил: неожиданная для него самого торопливость, как
    сильная рука, толкала его вперед.

    Он старательно притворялся, будто ничего не делает, просто
    убивает время. И это было легко, потому что он только это и
    делал всю жизнь; и никто ничего другого не делал. За
    исключением тех счастливцев или неудачников, у которых была
    работа, переданная по наследству: уход за скотом, за птицей или
    за гидропонными оранжереями.

    Но большинство из них, думал Джон, медленно шагая вперед, всю
    жизнь только и делали, что искусно убивали время. Как они с Джо
    с их нескончаемыми шахматными партиями и аккуратной записью
    каждого хода и каждой партии. Многие часы они проводили,
    анализируя свою игру по этим записям, тщательно комментируя
    каждый решающий ход. А почему бы и нет, спросил он себя.
    Почему не записывать и не комментировать игру? Что еще делать?
    Что еще?

    В коридоре уже никого не было и стало темнее, потому что здесь
    горели только редкие лампочки. В течение многих лет лампочки из
    коридоров перемещали в каюты, и теперь их здесь почти не
    осталось.

    Он подошел к наблюдательной рубке, нырнул в нее и притаился,
    внимательно осматривая коридор. Он ждал: а вдруг кто-нибудь
    станет следить за ним, хотя и знал, что никто не станет; но
    все-таки вдруг кто-то появится, — рисковать он не мог.

    Однако позади никого не было, и он пошел дальше, к сломанному
    эскалатору, который вел на центральные этажи. И здесь тоже было
    что-то новое. Раньше, поднимаясь с этажа на этаж, он все время
    терял вес, двигаться становилось все легче, он скорее плыл, чем
    шел, к центру Корабля. На этот раз потери веса не было, плыть
    не удавалось. Он тащился, преодолевая один неподвижный
    эскалатор за другим, пока не миновал все шестнадцать палуб.

    Теперь он шел в темноте, потому что здесь все лампочки были
    вывернуты или перегорели за эти долгие годы. Он поднимался на
    ощупь, держась за перила. Наконец он добрался до нужного
    этажа. Это была аптека; у одной из стен стоял шкаф для
    медикаментов. Он отыскал нужный ящик, открыл его, сунул туда
    руку и вытащил три вещи, которые, как он знал, были там:
    Письмо, Книгу и лампочку. Он провел рукой по стене, вставил в
    патрон лампочку; в крохотной комнате зажегся свет и осветил
    пыль, покрывавшую пол, умывальник с тазом и пустые шкафы с
    открытыми дверцами.

    Он повернул Письмо к свету и прочел слова, напечатанные на
    конверте прописными буквами: «ВСКРЫТЬ В СЛУЧАЕ КРАЙНЕЙ
    НЕОБХОДИМОСТИ».

    Некоторое время он стоял в раздумье. Раздался Грохот. Звезды
    остановились. Да, это и есть тот случай, подумал он, случай
    крайней необходимости. Ведь было предсказано: когда раздастся
    Грохот и звезды остановятся, значит, Конец близок. А когда
    Конец близок, это и есть крайний случай.

    Он держал Письмо в руке, он колебался. Если он вскроет его, все
    будет кончено. Больше не будут передаваться от отца к сыну ни
    Письмо, ни Чтение. Вот она- минута, ради которой Письмо прошло
    через руки многих поколений.

    Он медленно перевернул Письмо и провел ногтем по запечатанному
    краю. Высохший воск треснул, и конверт открылся.

    Он вынул Письмо, развернул его на столике под лампочкой и стал
    читать, шевеля губами и шепотом произнося слова, как человек, с
    трудом отыскивающий их значение по древнему словарю.

    «Моему далекому потомку.

    Тебе уже сказали- и ты, наверное, веришь, что Корабль- это
    жизнь, что началом его был Миф, а концом будет Легенда, что это
    и есть единственная реальность, в которой не нужно искать ни
    смысла, ни цели.

    Я не стану пытаться рассказывать тебе о смысле и назначении
    Корабля, потому что это бесполезно: хотя мои слова и будут
    правдивыми, но сами по себе они бессильны против извращения
    истины, которое к тому времени, когда ты это прочтешь, может
    уже стать религией.

    Но у Корабля есть какая-то цель, хотя уже сейчас, когда я пишу,
    цель эта потеряна, а по мере того как Корабль будет двигаться
    своим путем, она окажется не только потерянной, но и
    похороненной под грузом всевозможных разъяснений.

    Когда ты будешь это читать, существование Корабля и людей в нем
    будет объяснено, но эти объяснения не будут основаны на знании.

    Чтобы Корабль выполнил свое назначение, нужны знания. И эти
    знания могут быть получены. Я, который буду уже мертв, чье тело
    превратится в давно съеденное растение, в давно сношенный кусок
    ткани, в молекулу кислорода, в щепотку удобрения, — я сохранил
    эти знания для тебя. На втором листке Письма ты найдешь
    указание, как их приобрести.

    Я завещаю тебе овладеть этими знаниями и использовать их, чтобы
    жизнь и мысль людей, отправивших Корабль, и тех, кто управлял
    им и кто сейчас живет в его стенах, не пропали зря, чтобы мечта
    человека не умерла где-то среди далеких звезд.

    В то время когда ты это прочтешь, ты будешь знать еще лучше
    меня: ничто не должно пропасть, ничто не должно быть истрачено
    зря, все запасы нужно беречь и хранить на случай будущей нужды.
    А если Корабль не выполнит своего назначения, не достигнет
    цели, то это будет огромное, невообразимое расточительство. Это
    будет означать, что зря потрачены тысячи жизней, пропали знания
    и надежды.

    Ты не узнаешь моего имени, потому что к тому времени, когда ты
    это прочтешь, оно исчезнет вместе с рукой, что сейчас держит
    перо. Но мои слова будут жить, а в них- мои знания и мой завет.

    Твой предок».

    Подписи Джон разобрать не смог. Он уронил Письмо на пыльный
    столик. Слова Письма, как молот, оглушили его.

    Корабль, началом которого был Миф, а концом будет Легенда. Но
    письмо говорило, что это ложь. Была цель, было назначение.

    Назначение… Что это такое? Книга, вспомнил он. Книга скажет,
    что такое назначение.

    Дрожащими руками он вытащил книгу из ящика, открыл ее на букве
    «н» и неверным пальцем провел по столбцам: «Наземный…
    назидание… назначить… назначение… »

    «Назначение (сущ. )- место, куда что-л. посылается,
    направляется; предполагаемая цель путешествия».

    Значит, Корабль имеет назначение. Корабль куда-то направляется.
    Придет день, когда он достигнет цели. И конечно, это и будет
    Конец.

    Корабль куда-то направляется. Но как? Неужели он движется?

    Джон недоверчиво покачал головой. Этому невозможно поверить.
    Ведь движется не Корабль, а звезды. Должно быть какое-то другое
    объяснение, подумал он.

    Он поднял второй листок Письма и прочел его, но понял плохо: он
    устал и в голове у него все путалось. Он положил Письмо, Книгу
    и лампочку обратно в ящик.

    Потом закрыл ящик и выбежал из комнаты.

    На нижнем этаже не заметили его отсутствия, и он ходил среди
    людей, стараясь снова стать одним из них, спрятать свою
    неожиданную наготу под личиной доброго товарищества, но таким,
    как они, он уже не был.

    И все это было результатом знания- ужасного знания того, что
    Корабль имеет цель и назначение, что он откуда-то вылетел и
    куда-то направляется, и когда он туда прибудет, это будет
    Конец, но не людей, не Корабля, а просто путешествия.

    Он вышел в зал и остановился в дверях. Джо играл в шахматы с
    Питом, и Джон внезапно загорелся гневом при мысли, что Джо
    играет с кем-то еще, потому что Джо уже много-много лет играл
    только с ним. Но гнев быстро остыл, Джон посмотрел на фигурки и
    в первый раз увидел их по-настоящему- увидел, что это просто
    резные кусочки дерева и что им нет места в его новом мире
    Письма и цели.

    Джордж сидел один и играл в солитер. Кое-кто играл в покер на
    металлические кружочки, которые все звали деньгами, хотя почему
    именно деньгами- никто сказать не мог. Говорили, что это просто
    их название, как Корабль было название Корабля, а звезды
    назывались звездами. Луиза и Ирма сидели в углу и слушали
    старую, почти совсем заигранную пластинку. Резкий, сдавленный
    женский голос пел на весь зал:

    Мой любимый к звездам уплыл,
    Он не скоро вернется назад…

    Джон вошел, и Джордж поднял глаза от доски.

    — Мы тебя искали.

    — Я ходил гулять, — ответил Джон. — Далеко- на центральные этажи. Там все
    наоборот. Теперь они наверху, а не внутри. Всю дорогу приходится
    подниматься.

    — Звезды весь день не двигались, — заметил Джордж.

    Джо повернулся к нему и сказал:

    — Они больше не будут двигаться. Так сказано. Это- начало Конца.

    — А что такое Конец? — спросил Джон.

    — Не знаю, — ответил Джо и вернулся к игре.

    Конец, подумал Джон. И никто из них не знает, что такое Конец, так же как
    они не знают, что такое Корабль, или деньги, или звезды.

    — Сегодня мы собираемся, — сказал Джордж.

    Джон кивнул. Он так и думал, что все соберутся. Соберутся, чтобы
    почувствовать облегчение, уют и безопасность. Будут снова рассказывать Миф
    и молиться перед Картиной. «А я? — спросил он себя. — А я? »

    Он резко повернулся и вышел в коридор. Лучше бы не было никакого Письма и
    никакой Книги, потому что тогда он был бы одним из них, а не одиночкой,
    мучительно думающим, где же правда- в Мифе или в Письме?

    Он отыскал свою каюту и вошел. Мэри лежала на кровати, подложив под голову
    подушки; тускло светила лампа.

    — Наконец-то, — произнесла она.

    — Я прогуливался, — сказал Джон.

    — Ты прогулял обед, — заметила Мэри. — Вот он.

    Он увидел обед на столе, придвинул стул и сел.

    — Спасибо.

    Мэри зевнула.

    — День был утомительный, — сказала она. — Все так возбуждены. Сегодня
    собираемся.

    На обед были протеиновые дрожжи, шпинат с горохом, толстый кусок хлеба и
    миска супа с грибами и травами. И бутылочка воды, строго отмеренной.
    Наклонившись над миской, он хлебал суп.

    — Ты совсем не волнуешься, дорогой. Не так, как все.

    Он поднял голову и посмотрел на нее. Вдруг он подумал: а что, если сказать
    ей? Но тут же отогнал эту мысль, боясь, что в своем стремлении поделиться с
    кем-нибудь он в конце концов расскажет ей все. Нужно следить за собой,
    подумал он. Если он расскажет, то это будет объявлено ересью, отрицанием
    Мифа и Легенды. И тогда она, как и другие, отшатнется от него и он увидит в
    ее глазах отвращение.

    Сам он- дело другое: почти всю жизнь он прожил на грани ереси, с того
    самого дня, как отец сказал ему про Книгу. Потому что сама Книга уже была
    ересью.

    — Я думаю, — сказал он, и она спросила:

    — О чем тут думать?

    И конечно, это была правда. Думать было не о чем. Все объяснено, все в
    порядке. Миф говорил о Начале Начал и о Начале Конца. И думать не о чем,
    абсолютно не о чем.

    Когда-то был хаос, и вот из него родился порядок в образе Корабля, а
    снаружи остался хаос. Только внутри Корабля был и порядок, и закон, вернее,
    много законов: не расточай, не возжелай и все остальные. Когда-нибудь
    настанет Конец, но каков будет этот Конец, остается тайной, хотя еще есть
    надежда, потому что на Корабле есть Священные Картины и они- символ этой
    надежды. Ведь на картинах запечатлены символические образы иных мест, где
    царит порядок (наверное, еще больших кораблей), и все эти символические
    образы снабжены названиями: Дерево, Ручей, Небо, Облака и все остальное,
    чего никогда не видишь, но чувствуешь, например Ветер и Солнечный Свет.

    Начало Начал было давным-давно, так много поколений назад, что рассказы и
    легенды о могущественных людях тех далеких эпох были вытеснены из памяти
    другими людьми, тени которых все еще смутно рисовались где-то позади.

    — Я сначала испугалась, — сказала Мэри, — но теп

  12. k3c.Duncan:

    ерь я больше не боюсь. Все
    происходит так, как было сказано, и мы ничего не можем сделать. Мы только
    знаем, что это все- к лучшему.

    Джон продолжал есть, прислушиваясь к шагам и голосам в коридоре. Теперь эти
    шаги уже не были такими поспешными, а в голосах не звучал ужас. «Немного
    же им понадобилось, — думал он, — чтобы привыкнуть. Их Корабль перевернулся
    вверх дном- и все же это к лучшему».

    А вдруг в конце концов правы они, а Письмо лжет?

    С какой радостью он подошел бы к двери, окликнул кого-нибудь из проходивших
    мимо и поговорил бы об этом! Но на всем Корабле не было никого, с кем он
    мог бы поговорить. Даже с Мэри не мог. Разве что с Джошуа.

    Он продолжал есть, думая о том, как Джошуа возится со своими растениями в
    гидропонных оранжереях.

    Еще мальчишкой он ходил туда вместе с другими ребятами: Джо, и Джордж, и
    Херб, и все остальные. Джошуа был тогда человеком средних лет, у него
    всегда была в запасе интересная история или умный совет, а то и тайно
    сорванный помидор или редиска для голодного мальчишки. Джон помнил, что
    Джошуа всегда говорил мягким, добрым голосом и глаза у него были честные, а
    его чуточку грубоватое дружелюбие внушало симпатию.

    Джон подумал, что уже давно не видел Джошуа. Может быть, потому, что
    чувствовал себя виноватым перед ним…

    Но Джошуа мог понять и простить вину.

    Однажды он понял. Они с Джо как-то прокрались в оранжерею за помидорами, а
    Джошуа поймал их и долго говорил с ними. Они с Джо дружили с пеленок. Они
    всегда были вместе. Если случалась какая-нибудь шалость, они обязательно
    были в нее замешаны.

    Может быть, Джо… Джон покачал головой. Только не Джо. Пусть он его лучший
    друг, пусть они друзья детства и остались друзьями, когда поженились, пусть
    они больше двадцати лет играют друг с другом в шахматы, — все-таки Джо не
    такой человек, которому можно это рассказать.

    — Ты все еще думаешь, дорогой? — сказала Мэри.

    — Конечно, — ответил Джон. — Теперь расскажи мне, что ты сегодня делала.

    Она поведала ему, что сказала Луиза, и что сказала Джейн, и какие глупости
    говорила Молли. И какие ходили странные слухи, и как все боялись, и как
    понемногу успокоились, когда вспомнили, что все к лучшему.

    — Наша Вера, — сказала она, — большое утешение в такое время.

    — Да, — сказал Джон, — действительно большое утешение.

    Она встала с кровати.

    — Пойду к Луизе. Ты остаешься здесь?

    Она наклонилась и поцеловала его.

    — Я погуляю до собрания, — сказал Джон.

    Он кончил есть, медленно выпил воду, смакуя каждую каплю, и вышел.

    Он направился к оранжереям. Джошуа был там. Он немного постарел, немного
    поседел, чуть больше хромал, но вокруг его глаз были те же добрые морщины,
    а на лице — та же неспешная улыбка. И встретил он Джона той же старой
    шуткой:

    — Опять пришел помидоры воровать?

    — На этот раз нет.

    — Ты тогда был с другом.

    — Его звали Джо.

    — Да, теперь я вспомнил. Я иногда забываю. Старею и начинаю забывать. — Он
    спокойно улыбнулся. — Немного мне теперь осталось. Вам с Мэри не придется
    долго ждать.

    — Сейчас это не так уж важно, — сказал Джон.

    — А я боялся, что ты ко мне теперь уже не придешь.

    — Но таков закон, — сказал Джон. — Ни я, ни вы, ни Мэри тут ни при чем. Закон
    справедлив. Мы не можем его изменить.

    Джошуа дотронулся до руки Джона.

    — Посмотри на мои новые помидоры. Лучшие из всех, что я вырастил. Уже
    совсем поспели.

    Он сорвал один, самый спелый и красный, и протянул Джону. Джон взял его в
    руки и почувствовал гладкую, теплую кожицу и под ней- переливающийся сок.

    — Они вкуснее всего прямо с куста. Попробуй.

    Джон поднес помидор ко рту, вонзил в него зубы и проглотил сочную мякоть.

    — Ты что-то хотел сказать?

    Джон помотал головой.

    — Ты так и не был у меня, с тех пор как узнал, — сказал Джошуа. — Это потому,
    что ты считал себя виноватым: ведь я должен умереть, чтобы вы могли иметь
    ребенка. Да, это тяжело- и для вас тяжелее, чем для меня. И ты бы не
    пришел, если бы не произошло что-то важное.

    Джон не ответил.

    — А сегодня ты вспомнил, что можешь поговорить со мной. Ты часто приходил
    поговорить со мной, потому что помнил наш первый разговор, когда ты был еще
    мальчишкой.

    — Я тогда нарушил закон, — сказал Джон, — я пришел воровать помидоры. И вы
    поймали нас с Джо.

    — А я нарушил закон сейчас, — сказал Джошуа, — когда дал тебе этот помидор.
    Это не мой помидор и не твой. Я не должен был его давать, а ты не должен
    был его брать. Но я нарушил закон потому, что закон основан на разуме, а от
    одного помидора разум не пострадает. Каждый закон должен иметь разумный
    смысл, иначе он не нужен. Если смысла нет, то закон не прав.

    — Но нарушать закон нельзя.

    — Послушай, — сказал Джошуа. — Помнишь сегодняшнее утро?

    — Конечно.

    — Посмотри на эти рельсы- рельсы, идущие по стене.

    Джон посмотрел и увидел рельсы.

    — Эта стена до сегодняшнего утра была полом.

    — А как же стеллажи? Ведь они…

    — Вот именно. Так я и подумал. Это первое, о чем я подумал, когда меня
    выбросило из постели. Мои стеллажи! Мои чудные стеллажи, висящие там, на
    стене, прикрепленные к полу! Ведь вода выльется из них, и растения
    вывалятся, и все химикаты зря пропадут! Но так не случилось.

    Он протянул руку и ткнул Джона пальцем в грудь.

    — Так не случилось, и не из-за какого-нибудь определенного закона, а по
    разумной причине. Посмотри под ноги, на пол.

    Джон посмотрел на пол и увидел там рельсы- продолжение тех, что шли по
    стене.

    — Стеллажи прикреплены к этим рельсам, — продолжал Джошуа. — А внутри у них-
    ролики. И, когда пол стал стеной, стеллажи скатились по рельсам на стену,
    ставшую полом, и все было в порядке. Пролилось немного воды, и пострадало
    несколько растений, но очень мало.

    — Так было задумано, — сказал Джон. — Корабль…

    — Чтобы закон был справедлив, — продолжал Джошуа, — он должен иметь разумное
    основание. Здесь было основание и был закон. Но закон- это только
    напоминание, что не нужно идти против разума. Если бы было только
    основание, мы бы могли его забыть, или отрицать, или сказать, что оно
    устарело. Но закон имеет власть, и мы подчиняемся закону там, где могли бы
    не подчиниться разуму. Закон говорил, что рельсы на стене- то есть на
    бывшей стене- нужно чистить и смазывать. Иногда я думал, зачем это, и
    казалось, что этот закон не нужен. Но это был закон- и мы слепо ему
    подчинялись. А когда раздался Грохот, рельсы были начищены и смазаны и
    стеллажи скатились по ним. Им ничто не помешало, а могло бы помешать, если
    бы мы не следовали закону. Потому что, следуя закону, мы следовали разуму,
    а главное- разум, а не закон.

    — Вы хотите мне этим что-то доказать, — сказал Джон.

    — Я хочу тебе доказать, что мы должны слепо следовать закону, до тех пор
    пока не узнаем его основание. А когда узнаем- если мы когда-нибудь узнаем-
    его основание и цель, тогда мы должны решить, насколько они справедливы. И
    если они окажутся плохими, мы так и должны смело сказать. Потому что если
    плоха цель, то плох и закон: ведь закон- это всего-навсего правило,
    помогающее достигнуть какой-то цели.

    — Цели?

    — Конечно, цели. Должна же быть какая-то цель. Такая хорошо придуманная
    вещь, как Корабль, должна иметь цель.

    — Сам Корабль? Вы думаете, Корабль имеет цель? Но говорят…

    — Я знаю, что говорят. «Все, что ни случается, к лучшему». — Он покачал
    головой. — Цель должна быть даже у Корабля. Когда-то давно, наверное, эта
    цель была простой и ясной. Но мы забыли ее. Должны быть какие-то факты,
    знания…

    — Знания были в книгах, — сказал Джон. — Но книги сожгли.

    — Кое-что в них было неверно, — сказал старик. — Или казалось неверным. Но мы
    не можем судить, что верно, а что неверно, если у нас нет фактов, а я
    сомневаюсь, что эти факты были. Там были другие причины, другие
    обстоятельства. Я одинокий человек. У меня есть работа, а заходят сюда
    редко. Меня не отвлекают сплетни, которыми полон Корабль. И я думаю. Я
    много передумал. Я думал о нас и о Корабле. И о законах, и о цели всего
    этого. Я размышлял о том, почему растут растения и почему для этого нужны
    вода и удобрения. Я думал, зачем мы должны включать свет на столько-то
    часов, — разве в лампах есть что-то такое, что нужно растениям? Но, если не
    включать их, растение погибает. Значит, растениям необходимы не только вода
    и удобрения, но и лампы. Я думал, почему помидоры всегда растут на одних
    кустах, а огурцы- на других. На огурце никогда не вырастет помидор, и этому
    должна быть какая-то причина. Даже для такого простого дела, как
    выращивание помидоров, нужно знать массу фактов. А мы их не знаем. Мы
    лишены знания. Я думал: почему загораются лампы, когда повернешь
    выключатель. И что происходит в нашем теле с пищей? Как твое тело
    использует помидор, который ты только что съел? Почему нужно есть, чтобы
    жить? Зачем нужно спать? Как мы учимся говорить?

    — Я никогда обо всем этом не думал, — сказал Джон.

    — А ты вообще никогда не думал, — ответил Джошуа. — Во всяком случае, почти
    никогда.

    — Никто не думает, — сказал Джон.

    — В том-то и беда, — сказал старик. — Никто никогда не думает. Все просто
    убивают время. Они не ищут причин. Они даже ни о чем не задумываются. Что
    бы ни случилось- все к лучшему, и этого с них хватает.

    — Я только что начал думать, — сказал Джон.

    — Ты что-то хотел у меня спросить, — сказал старик. — Зачем-то ты все же ко
    мне пришел.

    — Теперь это неважно, — сказал Джон. — Вы мне уже ответили.

    Он пошел обратно между стеллажами, ощущая аромат тянущихся вверх растений,
    слыша журчание воды в насосах. Он шел длинными коридорами, где в окнах
    наблюдательных рубок светили неподвижные звезды.

    Основание, сказал Джошуа. Есть и основание, и цель. Так говорилось в
    Письме- основание и цель. И кроме правды есть еще неправда, и, чтобы их
    различить, нужно кое-что знать.

    Он расправил плечи и зашагал вперед.

    Когда он подошел к церкви, собрание давно уже было в разгаре; он тихо
    скользнул в дверь, нашел Мэри и встал рядом с ней. Она взяла его за руку и
    улыбнулась.

    — Ты опоздал, — прошептала она.

    — Виноват, — отвечал он шепотом. Они стояли рядом, взявшись за руки, глядя,
    как мерцают две большие свечи по бокам огромной Священной Картины.

    Джон подумал, что раньше она никогда не была так хорошо видна; он знал, что
    свечи зажигают только по случаю важных событий.

    Он узнал людей, которые сидели под Картиной, — своего друга Джо Грега и
    Фрэнка. И он был горд тем, что Джо, его друг, был одним из троих, кто сидел
    под Картиной, потому что для этого нужно было быть набожным и примерным.

    Они только что прочли о Начале Начал, и Джо встал и повел рассказ про
    Конец.

    «Мы движемся к Концу. Мы увидим знаки, которые будут предвещать Конец, но о
    самом Конце никто не может знать, ибо он скрыт… »

    Джон почувствовал, как Мэри пожала ему руку, и ответил тем же. В этом
    пожатии он почувствовал утешение, которое дают жена, и Вера, и ощущение
    Братства всех людей.

    Когда он ел обед, оставленный для него Мэри, она сказала, что Вера- большое
    утешение. И это было правда. Вера была утешением. Она говорила, что все
    хорошо, что все к лучшему. Что даже Конец- тоже к лучшему.

    А им нужно утешение, подумал он. Больше всего на свете им нужно утешение.
    Они так одиноки, особенно теперь, когда звезды остановились и сквозь окна
    видна пустота, окружающая их. Они еще более одиноки, потому что не знают
    цели, не знают ничего, хотя и утешаются знанием того, что все к лучшему.

    «… Раздастся Грохот, и звезды прекратят свое движение и будут висеть,
    одинокие и яркие, в глубине тьмы, той вечной тьмы, которая охватывает все,
    кроме людей в Корабле… »

    Вот оно, подумал Джон. Вот оговорка, которая их утешает. Сознание того, что
    только они одни укрыты и защищены от вечной ночи. А впрочем, откуда взялось
    это сознание? Из какого источника? Из какого откровения? И он выругал себя
    за эти мысли, которые не должны появляться во время собрания в церкви.

    Он как Джошуа, сказал он себе. Он сомневается во всем. Думает о таких
    вещах, которые всю жизнь принимал на веру, которые принимали на веру все
    поколения.

    Он поднял голову и посмотрел на Священную Картину- на Дерево, и на Цветы, и
    на Реку, и на Дом вдалеке, и на Небо с Облаками; Ветра не было видно, но он
    чувствовался.

    Это было красиво. На Картине он видел такие цвета, каких нигде не видел,
    кроме как на Священных Картинах. Где же такое место, подумал он. А может,
    это только символ, только воплощение того лучшего, что заключено в людях,
    только изображение мечты всех запертых в Корабле?

    Запертых в Корабле! Он даже задохнулся от такой мысли. Запертых! Они ведь
    не заперты, а защищены, укрыты от всяких бед, от всего, что таится во тьме
    вечной ночи. Он склонил голову в молитве, сокрушаясь и раскаиваясь. Как
    это ему только могло прийти в голову!

    Он почувствовал руку Мэри в своей и подумал о ребенке, которого они смогут
    иметь, когда Джошуа умрет. Он подумал о шахматах, в которые он всегда играл
    с Джо. О долгих темных ночах, когда рядом с ним была Мэри.

    Он подумал о своем отце, и снова слова давно умершего застучали у него в
    голове. И он вспомнил о Письме, в котором говорилось о знаниях, о
    назначении, о цели.

    Что же мне делать, спросил он себя. По какой дороге идти? Что значит Конец?

    Считая двери, он нашел нужную и вошел. В комнате лежал толстый слой пыли,
    но лампочка еще горела. На противоположной стене была дверь, о которой
    говорилось в Письме: дверь с циферблатом посередине. «Сейф», — было сказано
    в Письме.

    Он подошел к двери, оставляя следы в пыли, и встал перед ней на колени.
    Стер рукавом пыль и увидел цифры. Он положил Письмо на пол и взялся за
    стрелку. «Поверни стрелку сначала на 6 потом на 15, обратно на 8, потом на
    22 и, наконец, на 3». Он аккуратно все выполнил и, повернув ручку в
    последний раз, услышал слабый щелчок открывающегося замка.

    Он взялся за ручку и потянул. Дверь медленно открылась: она оказалась очень
    тяжелой. Войдя внутрь, он включил свет. Все было так, как говорило Письмо.
    Там стояла кровать, рядом с ней- машина, а в углу- большой стальной ящик.

    Воздух был спертый, но не пыльный: комната не соединялась с системой
    кондиционирования воздуха, которая в течение веков разнесла пыль по всем
    другим комнатам.

    Стоя там в одиночестве, при ярком свете лампы, освещавшей кровать, и
    машину, и стальной ящик, он почувствовал ужас, леденящий ужас, от которого
    вздрогнул, хотя и старался стоять прямо и уверенно, — остаток страха,
    унаследованного от многих поколений, закосневших в невежестве и
    безразличии.

    Знания боялись, потому что это было зло. Много лет назад так решили те, кто
    решал за людей, и они придумали закон против Чтения и сожгли книги.

    А Письмо говорило, что знания необходимы.

    И Джошуа, стоя у стеллажа с помидорами, среди других стеллажей с тянущимися
    вверх растениями, сказал, что должно быть основание и что знания раскроют
    его.

    Но их было только двое. Письмо и Джошуа, против всех остальных, против
    решения, принятого много поколений назад.

    Нет, возразил он сам себе, не только двое, а еще мой отец, и его отец, и
    отец его отца, и все отцы перед ним, которые передавали друг другу Письмо,
    Книгу и искусство Чтения. И он знал, что он сам, если бы он имел ребенка,
    передал бы ему Письмо и Книгу и научил бы его читать. Он представил себе
    эту картину: они вдвоем, притаившись в каком-нибудь углу, при тусклом свете
    лампы разбираются в том, как из букв складываются слова, нарушая закон,
    продолжая еретическую цепь, протянувшуюся через многие поколения.

    И вот, наконец, результат: кровать, машина и большой стальной ящик. Вот,
    наконец, то, к чему все это привело.

    Он осторожно подошел к кровати, как будто там могла быть ловушка. Он
    пощупал ее- это была обычная кровать.

    Повернувшись к машине, он внимательно осмотрел ее, проверил все контакты,
    как было сказано в Письме, отыскал шлем, нашел выключатель. Обнаружив два
    отошедших контакта, он поджал их. Наконец после некоторого колебания
    включил первый тумблер, как было сказано в инструкции, и загорелась красная
    лампочка.

    Итак, он готов.

    Он сел на кровать, взял шлем и плотно надел его на голову. Потом лег,
    протянул руку, включил второй тумблер- и услышал колыбельную.

    Колыбельную песню, мелодию, зазвучавшую у него в голове, — и он почувствовал
    легкое покачивание и подступающую дремоту.

    Джон Хофф уснул.

    Он проснулся и ощутил в себе знания.

    Он медленно оглядывался, с трудом узнавая комнату, стену без Священной
    Картины, незнакомую машину, незнакомую толстую дверь, шлем на голове.

    Он снял шлем и, держа его в руке, наконец-то понял, что это такое.
    Понемногу, с трудом он вспомнил все: как нашел комнату, как открыл ее, как
    проверил машину и лег на кровать в шлеме.

    Он знал, где он и почему он здесь. И многое другое. Знал то, чего не знал
    раньше. И то, что он теперь знал, напугало его.

    Он уронил шлем на колени и сел, вцепившись в края кровати.

    Космос! Пустота. Огромная пустота с рассеянными в ней сверкающими солнцами,
    которые назывались звездами. И через это пространство, сквозь расстояния,
    такие безмерно великие, что их нельзя было мерить милями, а только
    световыми годами, неслась вещь, которая называлась корабль- не Корабль с
    большой буквы, а просто корабль, один из многих.

    Корабль с планеты Земля- не с самого солнца, не со звезды, а с одной из
    многих планет, кружившихся вокруг звезды.

    Не может быть, сказал он себе. Этого просто не может быть. Ведь Корабль не
    двигается. Не может быть космоса. Не может быть пустоты. Мы не можем быть
    крохотной точкой, странствующей пылинкой, затерянной в огромной пустоте,
    почти невидимой рядом со звездами, сверкающими в окнах.

    Потому что если это так, то мы ничего не значим. Мы просто случайный факт
    во Вселенной. Меньше, чем случайный факт. Меньше, чем ничто. Шальная
    капелька странствующей жизни, затерянная среди бесчисленных звезд.

    Он спустил ноги с кровати и сел, уставившись на машину.

    Знания хранятся там, подумал он. Так было сказано в Письме, знания,
    записанные на мотках пленки, знания, которые вбиваются, внушаются,
    внедряются в мозг спящего человека.

    И это только начало, только первый урок. Это только первые крупицы старых,
    мертвых знаний, собранных давным-давно, знаний, хранившихся на черный день,
    спрятанных от людей. И эти знания- его. Они здесь, на пленке, в шлеме. Они
    принадлежат ему- бери и пользуйся. А для чего? Ведь знания были бы
    ненужными, если бы не имели цели.

    И истинны ли они? Вот в чем вопрос. Истинны ли эти знания? А как узнать
    истину? Как распознать ложь?

    Конечно, узнать нельзя. Пока нельзя. Знания проверяются другими знаниями.
    А он знает пока еще очень мало. Больше, чем кто бы то ни было на Корабле за
    долгие годы, но все же так мало. Ведь он знает, что где-то должно быть
    объяснение звезд, и планет, кружащихся вокруг звезд, и пространства, в
    котором находятся звезды, и Корабля, который несется среди этих звезд.

    Письмо говорило о цели и назначении, и он должен это узнать- цель и
    назначение.

    Он положил шлем на место, вышел из комнаты, запер за собой дверь и зашагал
    чуть более уверенно, но все же чувствуя на себе гнетущую вину. Потому что
    теперь он нарушил не только дух, но и букву закона- и нарушил во имя цели,
    которая, как он подозревал, уничтожит закон.

    Он спустился по длинным эскалаторам на нижний этаж. В зале он нашел Джо,
    сидевшего перед доской с расставленными фигурами.

    — Где ты был? — спросил Джо. -Я тебя ждал.

    — Так, гулял, — сказал Джон.

    — Ты уже три

  13. k3c.Duncan:

    дня «так, гуляешь», — сказал Джо и насмешливо посмотрел на
    него. — Помнишь, какие штуки мы в детстве выкидывали? Воровали и все
    такое…

    — Помню, Джо.

    — У тебя всегда перед этим бывал такой чудной вид. И сейчас у тебя тот же
    чудной вид.

    — Я ничего не собираюсь выкидывать, — сказал Джон. — Я ничего не ворую.

    — Мы много лет были друзьями, — сказал Джо. — У тебя есть что-то на душе.

    Джон посмотрел на него и попытался увидеть мальчишку, с которым они
    когда-то играли. Но мальчишки не было. Был человек, который сидел под
    Картиной во время собраний, который читал про Конец, — человек набожный,
    примерный.

    Он покачал головой.

    — Нет, Джо, ничего.

    — Я только хотел помочь.

    Но, если бы он узнал, подумал Джон, он бы не захотел помочь. Он посмотрел
    бы на меня с ужасом, донес бы на меня в церкви, первый закричал бы о ереси.
    Ведь это и есть ересь, сомнений быть не может. Это значило отрицать Миф,
    отнять у людей спокойствие незнания, опровергнуть веру в то, что все к
    лучшему; это значило, что они больше не должны сидеть сложа руки и
    полагаться на Корабль.

    — Давай сыграем, — решительно сказал он.

    — Значит, так, Джон? — спросил Джо.

    — Да, так.

    — Ну, твой ход.

    Джон пошел с ферзевой пешки. Джо уставился на него.

    — Ты же всегда ходишь с королевской.

    — Я передумал. Мне кажется, что такой дебют лучше.

    — Как хочешь, — сказал Джо.

    Они сыграли, и Джо без труда выиграл.

    Целые дни Джон проводил на кровати со шлемом на голове: убаюканный
    колыбельной, он пробуждался с новыми знаниями. Наконец он узнал все.

    Он узнал о Земле и о том, как земляне построили Корабль и послали его к
    звездам, и понял то стремление к звездам, которое заставило людей построить
    такой Корабль.

    Он узнал, как подбирали и готовили экипаж, узнал о тщательном отборе
    предков будущих колонистов и о биологических исследованиях, которые
    определили их спаривание, с тем чтобы сороковое поколение, которому
    предстояло достигнуть звезд, было отважной расой, готовой встретить все
    трудности.

    Он узнал и об обучении, о книгах, которые должны были сохранить знания, и
    получил некоторое представление о психологической стороне всего проекта.

    Но что-то оказалось неладно. И не с Кораблем, а с людьми.

    Книги спустили в конвертор. Земля была забыта, и появился Миф, знания были
    утеряны и заменены Легендой. На протяжении сорока поколений план был
    потерян, цель- забыта, и люди всю жизнь жили в твердой уверенности, что
    они- это все, что Корабль- Начало и Конец, что Корабль и люди на нем
    созданы каким-то божественным планом, по которому все идет к лучшему.

    Они играли в шахматы, в карты, слушали старую музыку, никогда не задаваясь
    вопросом, кто изобрел карты и шахматы, кто написал музыку, подолгу
    сплетничали, рассказывали старые анекдоты и сказки, переданные предыдущими
    поколениями, и убивали на это не просто часы, а целые жизни. У них не было
    истории, они ни о чем не задумывались и не заглядывали в будущее, они были
    уверены: что ни произошло, все к лучшему.

    Из года в год они не знали ничего, кроме Корабля. Еще при жизни первого
    поколения Земля стала туманным воспоминанием, оставшимся далеко позади, и
    не только во времени и пространстве, но и в памяти. В них не было
    преданности Земле, которая не давала бы им о ней забыть. В них не было и
    преданности Кораблю, потому что Корабль в ней не нуждался.

    Корабль был для них матерью, которая давала им приют. Корабль кормил их,
    укрывал и оберегал от опасности.

    Им было некуда идти, нечего делать, не о чем думать. И они приспособились к
    этому.

    Младенцы, подумал Джон. Младенцы, прижимающиеся к матери. Младенцы,
    бормочущие старые детские стишки. И некоторые стишки правдивее, чем они
    думают.

    Было сказано: когда раздастся Грохот и звезды остановятся в своем движении,
    то это значит, что скоро придет Конец.

    И это правда. Звезды двигались потому, что Корабль вращался вокруг
    продольной оси, создавая искусственную силу тяжести. Но, когда Корабль
    приблизится к месту назначения, он должен будет автоматически прекратить
    вращение и перейти в нормальный полет, а сила тяжести тогда будет создана
    гравитаторами. Корабль уже падал вниз, к той звезде, к той солнечной
    системе, к которой он направлялся. Падал на нее, если — Джон Хофф покрылся
    холодным потом при этой мысли, — если он уже не промахнулся.

    Потому что люди могли измениться. Но Корабль не мог. Он не
    приспосабливался. Он все помнил, даже если его пассажиры обо всем забыли.
    Верный записанным на пленку указаниям, которые были заданы больше тысячи
    лет назад, он держался своего курса, сохранил свою цель, не потерял из виду
    точку, куда был направлен, и сейчас приближался к ней.

    Автоматическое управление, но не полностью.

    Корабль мог выйти на орбиту вокруг планеты без помощи человеческого мозга,
    без помощи человеческих рук. Целую тысячу лет он обходился без человека, но
    в последний момент человек понадобится ему, чтобы достигнуть цели.

    И я, сказал себе Джон Хофф, я и есть этот человек.

    Один человек. А сможет ли один человек это сделать?

    Он думал о других людях. О Джо, и Хербе, и Джордже, и обо всех остальных, —
    и среди них не было такого, на кого он мог бы положиться, к кому он мог бы
    пойти и рассказать о том, что сделал.

    Он держал весь Корабль в голове. Он знал, как Корабль устроен и как
    управляется. Но, может быть, этого мало. Может быть, нужно более близкое
    знакомство и тренировка. Может быть, человек должен сжиться с Кораблем,
    чтобы управлять им. А у него нет на это времени.

    Он стоял рядом с машиной, которая дала ему знания. Теперь вся пленка была
    прокручена и цель машины достигнута, так же как цель Письма, так же как
    будет достигнута цель Человечества и Корабля, если голова Джона будет
    ясной, а рука- твердой. И если его знаний хватит.

    В углу еще стоял ящик. Он откроет его- и это будет все. Тогда будет сделано
    все, что для него могли сделать, а остальное будет зависеть от него самого.

    Он медленно встал на колени перед ящиком и открыл крышку. Там были
    свернутые листы бумаги, много листов, а под ними- книги, десятки книг, и в
    одном из углов — стеклянная капсула, заключавшая в себе какой-то механизм.
    Он знал, что это не что иное, как пистолет, хотя никогда еще не видел
    пистолета. Он поднял капсулу, и под ней был конверт с надписью: «КЛЮЧИ».
    Он разорвал конверт. Там было два ключа. На одном было написано: «Рубка
    управления», на другом: «Машинное отделение».

    Он сунул ключи в карман и взялся за капсулу. Быстрым движением он разломил
    ее пополам. Раздался слабый хлопок: в капсулу ворвался воздух. В руках
    Джона был пистолет.

    Он был не тяжелый, но достаточно увесистый, чтобы почувствовать его власть.
    Он показался Джону сильным, мрачным и жестоким. Джон взял его за рукоятку,
    поднял, прицелился и почувствовал прилив древней недоброй силы- силы
    человека, который может убивать, — и ему стало стыдно.

    Он положил пистолет назад в ящик и вынул один из свернутых листов.
    Осторожно разворачивая его, он услышал слабое протестующее потрескивание.
    Это был какой-то чертеж, и Джон склонился над ним, пытаясь понять, что бы
    это могло быть, разобрать слова, написанные печатными буквами вдоль линий.

    Он так ничего и не понял и положил чертеж, и тот сразу же свернулся в
    трубу, как живой.

    Он взял другой чертеж, развернул его. Это был план одной из секций Корабля.
    Еще и еще один- это тоже были секции Корабля, с коридорами и эскалаторами,
    рубками и каютами.

    Наконец он нашел чертеж, который изображал весь Корабль в разрезе, со всеми
    каютами и гидропонными оранжереями. В переднем его конце была рубка
    управления, в заднем- машинное отделение.

    Он расправил чертеж, вгляделся и увидел, что там что-то неправильно. Но
    потом он сообразил, что если отбросить рубку и машинное отделение, то все
    правильно. И он подумал, что так и должно было быть, что много лет назад
    кто-то запер рубку и машинное отделение, чтобы уберечь их от вреда, —
    специально для этого дня. Для людей на Корабле ни рубки, ни машинного
    отделения просто не существовало, и поэтому чертеж казался неправильным.

    Он дал чертежу свернуться и взял другой. Это было машинное отделение. Он
    изучал его, наморщив лоб, пытаясь сообразить, что там изображено, и хотя о
    назначении некоторых устройств он догадывался, но были и такие, которых он
    вообще не понимал. Джон нашел конвертор и удивился, как он мог быть в
    запертом помещении, ведь все эти годы им пользовались. Но потом он увидел,
    что конвертор имел два выхода: один в самом машинном отделении, а другой-
    за гидропонными оранжереями.

    Он отпустил чертеж, и тот свернулся в трубку, так же как и остальные. Он
    продолжал сидеть на корточках около ящика, чуть покачиваясь взад и вперед и
    глядя на чертежи, и думал: если мне были нужны еще доказательства, то вот
    они.

    Планы и чертежи Корабля. Планы, созданные и вычерченные людьми. Мечты о
    звездах, воплощенные в листах бумаги. Никакого божественного вмешательства.
    Никакого Мифа. Просто обычное человеческое планирование.

    Он подумал о Священных Картинах: а что они такое? Может быть, они тоже были
    ложью, как и Миф? Жаль, если это так. Потому что они были утешением. И
    Вера тоже. Она тоже была утешением.

    Сидя на корточках над свитками чертежей в этой маленькой комнате с машиной,
    кроватью и ящиком, он съежился и обхватил себя руками, чувствуя почти
    жалость к себе.

    Как бы он хотел, чтобы ничего не начиналось. Чтобы не было Письма. Чтобы он
    по-прежнему был невеждой, уве рен ным в своей безопастности. Чтобы он
    по-прежнему продолжал играть с Джо в шахматы.

    Из двери раздался голос Джо:

    — Так вот где ты прячешься!

    Он увидел ноги Джо, прочно стоящие на полу, поднял глаза и увидел его лицо,
    на котором застыла полуулыбка.

    — Книги! — сказал Джо.

    Это слово было неприличным. И Джо произнес его, как неприличное слово. Как
    будто человека поймали за каким-то постыдным делом, уличили в грязных
    мыслях.

    — Джо… — сказал Джон.

    — Ты не хотел мне сказать, — сказал Джо. — Ты не хотел моей помощи. Еще бы!

    — Джо, послушай…

    — Прятался и читал книги!

    — Послушай, Джо! Все ложь. Корабль сделали такие же люди, как мы. Он
    куда-то направляется. Я знаю теперь, что такое Конец.

    Удивление и ужас исчезли с лица Джо. Теперь это было суровое лицо. Лицо
    судьи. Оно возвышалось над ним, и в нем не было пощады. В нем не было даже
    жалости.

    — Джо!

    Джо резко повернулся и бросился к двери.

    — Джо! Постой, Джо!

    Но он ушел.

    Джон услышал звук его шагов по коридору, к эскалатору, который приведет его
    на жилые этажи.

    Он побежал, чтобы созвать толпу. Послать ее по всему Кораблю охотиться за
    Джоном Хоффом. И когда они поймают Джона Хоффа…

    Когда они поймают Джона Хоффа, это будет настоящий Конец. Тот самый
    неизвестный Конец, о котором говорят в церкви. Потому что уже не будет
    никого- никого, кто знал бы цель, основание и назначение.

    И получится, что тысячи людей умерли зря. Получится, что труд, и гений, и
    мечты тех, кто построил Корабль, пропали зря.

    Это было бы огромное расточительство. А расточать- преступление. Нельзя
    расточать. Нельзя выбрасывать. И не только пищу и воду, но и человеческие
    жизни и мечты.

    Рука Джона потянулась к ящику и схватила пистолет. Его пальцы сжали
    рукоятку, а ярость все росла в нем, ярость отчаяния, последней надежды,
    моментальная, слепая ярость человека, у которого намеренно отнимают жизнь.

    Впрочем, это не только его жизнь, а жизнь всех других: Мэри, и Херба, и
    Луизы, и Джошуа.

    Он бросился бежать, выскочил в дверь и поскользнулся, поворачивая направо
    по коридору. Он помчался к эскалатору. В темноте неожиданно наткнулся на
    ступеньки и подумал: как хорошо, что он много раз бывал здесь, нащупывая
    дорогу в темноте. Теперь он чувствовал себя как дома, и в этом было его
    преимущество перед Джо.

    Он пронесся по лестницам, чуть не упав, свернул в коридор, нашел следующий
    пролет- и впереди услышал торопливые, неверные шаги того, за кем гнался.

    Он знал, что в следующем коридоре только одна тусклая лампочка в самом
    конце. Если бы поспеть вовремя…

    Он катился вниз по лестнице, держась одной рукой за перила, едва касаясь
    ногами ступеней.

    Пригнувшись, он наконец влетел в коридор и там, впереди, при тусклом свете
    лампочки увидел бегущую темную фигуру. Он поднял пистолет и нажал кнопку;
    пистолет дернулся у него в руке, и коридор осветила яркая вспышка.

    Свет на секунду ослепил его. Он сидел на полу, скорчившись, и в голове у
    него билась мысль: я убил Джо, своего друга.

    Но это был не Джо. Это был не мальчишка, с которым он вырос. Это был не
    человек, сидевший против него по ту сторону шахматной доски. Это был не
    Джо- его друг. Это был кто-то другой- человек с лицом судьи, человек,
    побежавший созвать толпу, человек, который всех обрекал на неведомый Конец.

    Джон чувствовал, что прав, но все же дрожал.

    Минутное ослепление прошло, и он увидел на полу темную массу.

    Его руки тряслись, он сидел неподвижно и ощущал тошноту и слабость во всем
    теле.

    Не расточай! Не выбрасывай! Эти неписанные законы известны всем. Но были и
    такие законы, о которых даже никогда не упоминалось, потому что в этом не
    было необходимости. Не говорили, что нельзя украсть чужую жену, что нельзя
    лжесвидетельствовать, что нельзя убивать, потому что эти преступления
    исчезли задолго до того, как звездный Корабль оторвался от Земли.

    Это были законы благопристойности, законы хорошего поведения. И он нарушил
    один из них. Он убил человека. Убил своего друга.

    Правда, сказал он себе, он не был мне другом. Он был врагом- врагом всем
    нам.

    Джон Хофф выпрямился и напряг все тело, чтобы остановить дрожь. Он сунул
    пистолет за пояс и на негнущихся ногах пошел по коридору к темной массе на
    полу.

    В полумраке ему было легче, потому что он плохо видел, что там лежит. Тело
    лежало ничком, и лица не было видно. Было бы хуже, если б лицо было
    обращено вверх, к нему.

    Он стоял и думал. Вот-вот люди хватятся Джо и начнут его искать. А они не
    должны его найти. Не должны узнать, что произошло. Самое понятие убийства
    давно исчезло, и оно не должно появиться вновь. Потому что если убил один
    человек- неважно, почему и зачем, — то могут найтись и другие, которые будут
    убивать. Если согрешил один, его грех должен быть скрыт, потому что один
    грех приведет к другому греху, а когда они достигнут нового мира, новой
    планеты (если они ее достигнут), им понадобится вся внутренняя сила, вся
    сила товарищества, на которую они способны.

    Он не мог спрятать тело, потому что не было такого места, где бы его не
    нашли. И не мог спустить его в конвертор, потому что для этого нужно было
    пройти через гидропонные оранжереи.

    Впрочем, нет, зачем? Ведь есть другой путь к конвертору- через машинное
    отделение.

    Он похлопал себя по карману. Ключи были там. Он наклонился, дотронувшись до
    еще теплого тела. Он отступил к металлической стене. Его опять затошнило, и
    в голове непрестанно билась мысль о том, что он виновен.

    Но он подумал о своем старом отце с суровым лицом, и о том давно умершем
    человеке, который написал Письмо, и обо всех других, кто передавал его,
    совершая преступление ради истины, ради знания и спасения.

    Сколько мужества, подвигов и дерзаний, сколько одиноких ночей, проведенных
    в мучительных раздумьях! Нельзя, чтобы все это пропало из-за его
    нерешительности или сознания вины.

    Он оторвался от стены, поднял тело Джо и взвалил его на плечи. Оно
    безжизненно повисло. Раздалось бульканье. И что-то теплое и мокрое потекло
    по его спине.

    Он стиснул зубы, чтобы не стучали, и, пошатываясь, побрел по мертвым
    эскалаторам, по темным коридорам к машинному отделению.

    Наконец он добрался до двери и положил свою ношу на пол, чтобы достать
    ключи. Он нашел нужный ключ и повернул в замке, налег на дверь, и она
    медленно отворилась. В лицо ему пахнул порыв теплого воздуха. Ярко горели
    огни, и раздавалось жужжание и повизгивание вращающегося металла.

    Он поднял Джо, внес его, запер дверь и встал, разглядывая огромные машины.
    Одна из них вертелась, и он узнал ее: гироскоп-стабилизатор тихо жужжал,
    подвешенный на шарнирах.

    Сколько времени понадобится ему, чтобы понять все эти массивные, сложные
    машины? Насколько люди отстали от знаний тысячелетней давности?

    А ноша давила ему на плечи, и он слышал, как на пол падают редкие, теплые,
    липкие капли.

    Ликуя и содрогаясь от ужаса, он возвращался в прошлое. Назад, сквозь тысячу
    лет, к знанию, которое могло создавать такие машины. Даже еще дальше- к
    неуравновешенности чувств, которая могла заставить людей убивать друг
    друга.

    Я должен от него избавиться, с горечью подумал Джон Хофф. Но это
    невозможно. Даже когда он исчезнет, станет чем-то совсем другим, когда
    вещества, из которых он состоит, превратятся во что-то еще, — даже тогда я
    не смогу от него избавиться. Никогда!

    Джон нашел люк конвертора, уперся ногами в пол. Люк заело. Джон дернул, и
    он открылся. Перед ним зияло жерло, достаточно большое, чтобы бросить туда
    человеческое тело. Из глубины слышался рев механизмов, и ему показалось,
    что он уловил адский отблеск бушующего огня. Он осторожно дал телу
    соскользнуть с плеча, подтолкнул его в последний раз, закрыл люк и всей
    тяжестью навалился на педаль.

    Дело было сделано.

    Он отшатнулся от конвертора и вытер лоб. Наконец-то он избавился от своей
    ноши. Но тяжкое бремя все равно оставалось навсегда, подумал он. Навсегда.

    Он услышал шаги, но не обернулся. Он знал, чьи это шаги- призрачные шаги,
    которые будут преследовать его всю жизнь, шаги угрызений совести в его
    душе.

    Послышался голос:

    — Что ты сделал, малый?

    — Я убил человека. Я убил своего друга.

    И он обернулся, потому что ни шаги, ни голос не принадлежали привидению.

    Говорил Джошуа.

    — Было ли у тебя основание?

    alexp Reply:

    @k3c.Duncan, слава ебриле.

    dyatel Reply:

    @k3c.Duncan, превед норкоман!

    dyatel Reply:

    @k3c.Duncan, тянет на историческую родину? видно на хуторе суррогатами кормят и хочеца свободы?

    dyatel Reply:

    начинает понимать, што такое гетто и кто он там..

    ABCD Reply:

    @k3c.Duncan, «бох ты мой. это ты, падло?» (с)

    :))

    dyatel Reply:

    @k3c.Duncan, вот когда видишь такое чмо — лишь бы насрать вспоминаю

    http://youtu.be/Nk0FUz7hzQM

    ABCD Reply:

    @dyatel, нахуй этих иуд!
    :))

    dyatel Reply:

    @ABCD, от призывов сознание не изменица.. лозунги бесполезны..

    53ivan Reply:

    @k3c.Duncan, Это чё было?

  14. tersel:

    ебриле слава!

    j-svejk Reply:

    @tersel, boobs !

  15. xe3:

    Полиция отправила в больницу художника Петра Павленского, который 10 ноября прибил свою мошонку к брусчатке Красной площади. После того, как художнику окажут медицинскую помощь, правоохранительные органы побеседуют с ним и квалифицируют его действия. Свою акцию Павленский приурочил ко Дню полиции.

    ne_@ Reply:

    пробить мошонку сродни ножевому в жывот. зашьют, конечно, но

  16. vomilkav:

    Ебрила — ГЕНИЙ!!!

    Да, смотрю фильму «Майн кампф».
    Оно охуенно!
    Чатег катится в сраное гомно.

    xe3 Reply:

    @vomilkav, чатег — луч света в беспросветном говне!

    dyatel Reply:

    @vomilkav, сцелку дай..

  17. xe3:

    Инсталляция «Человеческий ресурс» Петра Павленского:

    j-svejk Reply:

    @xe3, изолировать и лечить, а то в следующий раз ещё взорвёт себя где-нибудь в аптеке

  18. Да, Путин жесток, но самая большая угроза нашему будущему — это Greenpeace

    vomilkav Reply:

    Дядь, ты дурак

    exorcismist (exactis illusionibus) Reply:

    @vomilkav, а вы интиллихент? у вас может ещё очки и шляпа?

    dyatel Reply:

    @vomilkav, не, он треверёзый, в отличие от тебя..

    dyatel Reply:

    @vomilkav, http://youtu.be/4MuwgOHHhcc

    ABCD Reply:

    @exorcismist (exactis illusionibus), ага, путен ещо может найти себе нормальную бабу и, наконец, подобреть :))

  19. Некоторые люди считают математику скучной.

    dyatel Reply:

    @exorcismist (exactis illusionibus), 90%..

  20. j-svejk:

    Ильич помер 31 год назад

    xe3 Reply:

    @j-svejk, Лелик! Как мы тогда жили! Светлая память!

    j-svejk Reply:

    @xe3, нормально жили.

    dyatel Reply:

    @j-svejk, посравнению с сёдняшним — хуйово жыли.. не дай бох..

    j-svejk Reply:

    @dyatel, по другому жили. не хуже, не лучше — по другому
    вот хорошие каверы тех лет: https://www.youtube.com/watch?v=wCTTUf7wMLk

  21. e_carthman:

    Что делать с процентной ставкой?

    http://www.echo.msk.ru/blog/yasin/1194994-echo/

    «Пора поднять ставки кредита, повысить эффективность проектов, в которые привлекаются заёмные средства. Причём удорожание кредитов должно создавать стимулы для повышения эффективности.»

    блять, кто-нибуть, уебите этого старого пидараса хоккейной вратарской клюшкой. а заодно и иво доченьку-колясочницу

    dyatel Reply:

    @e_carthman, нахуй иди тя волнует — пездуй на другие ресурсы..

    dyatel Reply:

    не еби мозги..

    e_carthman Reply:

    @dyatel, козел ты старый, йа тя хотел проздравить с празднеком, а теперь фхуй поди

    dyatel Reply:

    @e_carthman, спасиба за поздравление — я думал што ты адекватный — а ты обычный шызофреник — можешь не поздравлять, у мя от
    таких неадекватных давление повышаеца.. тем боле ставить в вину то, што я старше тебя, урод моральный, иди нахуй, я хоть медали заработал от государства, а ты хомяг питерский сидишь на обочине и тока срёшь..

    e_carthman Reply:

    @dyatel, харошь кипятиться, ответил так же, как и предъявил. за награды давай не будем, лады? а за возраст — таки некоторые (чуть ниже) тоже рассказывали про старых совков, к которым тащемта йа тоже отношусь

    dyatel Reply:

    @e_carthman, чё ты ответил? я сказал што не ебут высказывания этого ясина, ты перевёл стрелки на мя.. будешь звиняца иле
    вконец поссоримся?

    e_carthman Reply:

    @dyatel, ну ок, давай срацца. ты меня отправил на «другие ресурсы». йа усе понел

    dyatel Reply:

    @e_carthman, жду извинений — иле не признал своей вины передо мною..

    dyatel Reply:

    @dyatel, а то будешь таким же клоуном..

    http://youtu.be/mbeI_GiPWVY

    e_carthman Reply:

    @dyatel, счейтай, что йа ужо такой

    dyatel Reply:

    @e_carthman, зобыли..

    e_carthman Reply:

    @dyatel, но с празднеком проздравляю. и тя, и жену и дочку

    dyatel Reply:

    @e_carthman, спасиба..

    dyatel Reply:

    спасибо за оригинальное поздравление..на твоей совести..

  22. наидется добрыи человек, которыи переведет то что написано ?

    нихуя не понял

  23. я смотрю, Дункан приперся и решил намусорить — но подзабыл что против сего говна есть ёбрюльская сыворотка.

    а может Дункан спицально это сделал — пиарит Ёбрюлю ?

    главное, чтоб старина НОТ не приперся,
    иначе он своим нытьем всех тут задрочит.

    а Дункана мы любим.
    где-то глубоко и далеко, но любим.
    :-))

  24. старая климактичка Мизулина опять какую-то хуиню супротив современнои гинекологическои медицины гонит.

    накормите ее гормонами, блять блять

  25. треть ортодоксов-россиян уже не против монархии.
    от шо значит тихои сапои православных ортодоксов зомбировать — не прошло и пары лет, а уже какои результат.

    еще пара лет — и половина старопердунов на Поклоннои Горе вместе с Патриархом будут молить Путина стать Царем.

  26. ужасы нашего городка: где-то глубоко глубоко зелёный глубоко любит Дункана.

  27. лимоновские нацболы обидели гостя Путина — Короля Нидерландов.

    а это наказуемо в нормальном обществе.

    а если это не наказуемо — то к Путину перестанут приезжать высокие гости.
    будут приезжать ваххабиты безродные из арабских джамахирии.

    пиздец, куда катимся ?

    антипропагандист Reply:

    @masterHanSolo,

    обиженных в жопу долбят.

    короля (точно не королеву??? там королева вроде), как и других жителей голандщины многие пацриоты-запутинцы считают пидорасами.

    так-что обломится понаехавший.

    вон ихнего посла отпиздили электрики — и нихуя.

    masterHanSolo Reply:

    вот за посла и короля — все записывается в чорную книжечку.

    нехорошо, когда Путин приглашает Короля — а в Короля кидают помидорами.

    не солидно это

  28. блять. когда ж уже все поймут, что над «и» точки не расставляют. расставляют над «і» или над «ї». в крайнем случаи над «ѷ». можно ещё расставлять над «ё», «ӱ», «ӹ», и даже над «ӝ». но над «и» — никогда.

    exorcismist (exactis illusionibus) Reply:

    @exorcismist (exactis illusionibus), Навальный над «й» расставлял какой-то градус.

    exorcismist (exactis illusionibus) Reply:

    @exorcismist (exactis illusionibus), кстате, где он? где Ведута? где все?

    dyatel Reply:

    @exorcismist (exactis illusionibus), зачем ник меняешь — это личное иле мозговое ?

    exorcismist (exactis illusionibus) Reply:

    @dyatel, поясните чем личное отличается от мозгового?

    dyatel Reply:

    @exorcismist (exactis illusionibus), вы не довольны собой и за щщёт внешней фишки пытаетесь стать тем ково хотите воплотить на аватаре..

    иле за щщёт названия.. извените..

    exorcismist (exactis illusionibus) Reply:

    @dyatel, вас этому обучали в милиции?

    dyatel Reply:

    @exorcismist (exactis illusionibus), нед, на обобшёмтыта опыта ставлю диагноз.. в милицыи(полицыи) вопще нихуйа не учат —
    там тока применение инструкцый — которые в 75% не знают..

  29. j-svejk Reply:

    @exorcismist (exactis illusionibus), кремниевая долина сколково in action?

  30. dyatel Reply:

    @exorcismist (exactis illusionibus),

    http://youtu.be/Vg5bsbKeNhk

  31. http://youtu.be/RW-LbXzzuDg

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/wSdFFougjr0

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/B1GTk-FX7Ww

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/01Li_pr4aCE

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/ZyrDNWZcSus

  32. мановар..

    http://youtu.be/L-ql9C_itQw

    dyatel Reply:

    ьля, не то..

    http://youtu.be/XO1Pm4VQ0NI

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/MfBBXeu2Py0

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/fvK0gXJaiw0

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/vaqH3v31X4w

  33. у бабы заебись голос..

    http://youtu.be/p1SlcO0Fikc

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/LapknbGS7Os

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/Q30kYObfpG8

  34. йухю..

    http://youtu.be/nturpXE4Cf4

    ABCD Reply:

    @dyatel, ты паходу осиной обдолбалса по случаю празнека :))

    ABCD Reply:

    иле йолку с березой смешал, ггг

    dyatel Reply:

    @ABCD, не пезди..

  35. ABCD:

    «хочется просто встать, пожелать всего доброго и уйти!»

    Аўтар невядомы

  36. whoami:

    запустили чятег
    пидоры совсем распоясались

    dyatel Reply:

    @whoami, пальцем укажы.. на пидаров..

  37. http://youtu.be/IfqIjQbn5TM

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/EH-SWKNAWN0

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/2bwclsTlJ4I

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/pqoNoa6R3Vk

  38. pjt,fkj//

    http://youtu.be/D4E7SYlD3aI

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/cvChjHcABPA

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/qrfY7RNaBjw

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/xonWnxQcmNE

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/xRcUYlppAz0

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/p4QqMKe3rwY

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/tz0R6f-Txmc

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/KDoeUOxFpG8

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/NKvDh6mcI0o

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/VdDGQlQOYrk

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/uJkrA6DtDgQ

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/SYnVYJDxu2Q

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/Lp2qcCrdBLA

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/rlt3tp4QiBk

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/uyFpf9aG30A

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/GDU_mmO92_k

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/kzOFV6AHtLs

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/394swQfQtpo

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/K05bdUi90jQ

    dyatel Reply:

    http://youtu.be/ynf3T93bHbI

  39. 53ivan:

    Паркер весь день травит про яйца,гвоздь,маленький хуй и ничего про ментов-тенденция одноко намечается.

  40. xe3:

    А ты прибил свою мошонку на Красной Площади? Что ты сделал для своей страны, бездарь?!

  41. j-svejk:

    на россия1 борщевский, сванидзе и со рассуждают о месте русских в современной россии

    xe3 Reply:

    @j-svejk, Как всегда, русским места нет?

    j-svejk Reply:

    @xe3, кружева плетут — заслушаешься

    xe3 Reply:

    @j-svejk, Ну дык — доверьтесь профессионалам!

  42. Лузер:

    Россия для тоджыков!

  43. Лузер:

    Овощи и фрукты
    Овощи и фрукты, выращенные в Израиле, требуют выяснения их статуса или отделения Трумот и Маасерот.
    Зелень, капуста, листья салата необходимо проверять на наличие личинок жучков и червячков.
    1. Мороженые овощи, кроме смесевых, разрешены к употреблению.
    Мороженые смеси с картофелем можно употреблять только при наличии сертификата кошерности, т.к. в замороженном картофеле могут содержаться некошерные жировые добавки.
    Мороженые смеси с рисом — некошерны.
    2. Сухофрукты: изюм, курага, финики, инжир и др., не имеющие добавок — кошерны. Сушеные цукаты и фруктовые смеси требуют сертификата кошерности. Необходима проверка на наличие насекомых.
    3. Орехи фабричного производства без добавок обычно кошерны. Орехи компании «Planters» кошерны, при наличие знака кошерности.

  44. Лузер:

    КОШЕРНЫЕ ЖИВОТНЫЕ

    Кошерные животные легко распознаются по двум признакам. Они имеют раздвоенные копыта и являются жвачными, т.е. обладают двумя обязательными условиями ‘чистоты’.
    К ним относятся крупный рогатый скот, овцы, козы, дичь. Но евреям разрешено есть мясо только передней половины этих животных. Таким образом, шея, бочок допустимы в пищу, филей, к сожалению, — нет.
    К трефовым животным относятся свиньи, кролики, лошади, медведи, собаки, кошки и… киты.

    Кошерные животные жуют жвачку. Жвачкой называются маленькие шарики пережеванной травы, которые у некоторых животных (называемых жвачными) образуются в желудке после заглатывания. Позже эта трава отрыгивается, т.е. возвращается в рот и вновь пережевывается перед перевариванием. Оба эти признака есть у коров, овец, коз и оленей, следовательно, они кошерны.
     
    У свиней копыто разделено, но они не жуют жвачки; верблюды жуют жвачку, но их копыта лишь частично разделены. Таким образом, эти животные некошерны.

  45. Лузер:

    Даже животные и птицы кошерного вида могут оказаться трефовыми, если у них обнаружатся дефекты внутренних органов.
    Иногда, если что-то во внутренностях курицы вызывает сомнение, ее несут к раввину, который в состоянии определить, кошерна ли она. АхуетЪ блятЪ.

  46. Лузер:

    Все ракообразные считаются трефовыми.
    Таким образом, такие любимые многими морские продукты, как моллюски, омары, эскалопы, кальмары, креветки, улитки и устрицы, запрещено принимать впищу.
    Существует спор о том, можно ли есть такую рыбу, которая часть своей жизни имеет плавники и чешую, а другую часть — не имеет. Ортодоксальные евреи запрещают есть осетра и меч-рыбу.
     
    Консервативные евреи и реформаторы допускают прием в пищу этих рыб. Да они ебанулисЪ

  47. Лузер:

    ЗАПРЕТ НА КРОВЬ
     
     
     
     
    В Торе сказано: «Никакой крови не ешьте»
    (подразумевается кровь тех видов, что зовутся теплокровными, т.е. птиц и млекопитающих).
     
    Устная Тора разъясняет, что запрещена только артериальная и венозная кровь, но запрет не касается находящейся непосредственно в мясе капиллярной крови, если она неподвижна.
    Практически это означает, что даже если в куске мяса, кроме капилляров, нет других кровеносных сосудов, то проблема все же остается: во время приготовления под влиянием нагрева капиллярная кровь сдвинется со своего места и тут же станет запрещенной, заодно запретив весь кусок.
     
    Поэтому перед варкой или прожариванием мяса на сковороде надо удалить из него всю кровь, что достигается высаливанием. Поступают следующим способом: мясо полчаса вымачивают в воде, затем его солят со всех сторон, используя соль среднего помола, после чего кладут на решетку, чтобы могла стечь адсорбированная солью кровь. Через час мясо трижды промывают.
     
    Мы привели самое краткое описание процесса, поэтому тот, кто привык покупать на рынке живую птицу или свежее мясо, должен выяснить у авторитетного раввина все подробности. Тем же, кто покупает мороженные мясные продукты, следует удостовериться, что они были высолены до заморозки, о чем обычно свидетельствует надпись на иврите
    הוכשר ונמלח כדין (откашеровано и высолено в согласии с законом).
     
    Подавляющее большинство мороженного мяса и птицы в Израиле высолено, проблема возникает лишь с замороженным мясом, привезенным из-за границы, например, из Южной Америки, поскольку, как правило, значительная его часть не высаливается до заморозки. Казалось бы, можно было, предварительно разморозив, высолить мясо дома. Однако многие авторитеты считают, что за время, прошедшее с момента забоя, кровь засохла настолько, что уже не выйдет наружу под воздействием соли, — зато при изменении температуры ее может абсорбировать вода (когда мясо будет тушиться или вариться для супа), а поэтому изначально (лехатхила) такое мясо вообще не следует покупать. Если же по ошибке оно уже куплено, следует обратиться за консультацией к раввину.
     
    Наиболее актуален вопрос с печенью, в которой содержится огромное количество крови.
    Тора не запретила употреблять в пищу печень, потому что ее кровь не запрещена, — но только до тех пор пока она не выйдет наружу. Однако в том-то и дело, что, в отличие от любого другого мяса, вывести из печени всю кровь высаливанием невозможно из-за ее количества. Сколько ни соли этот орган, в нем всегда останется часть крови, которая выделится во время приготовления и сделает весь кусок запрещенным. Поэтому варить или жарить печень на сковородке, даже круто посолив ее со всех сторон, нельзя ни «изначально», ни «постфактум» (мясо придется выбросить, а кастрюлю или сковородку откашеровать заново).
    Единственный разрешенный способ приготовления печени — обжаривание ее на открытом огне (или над раскаленной спиралью грильницы; впрочем, вопрос о применении грилей сложен, а потому надо посоветоваться с раввином). Только тогда выделяющаяся кровь стекает вниз и не впитывается обратно (как это происходит в кастрюле или на сковородке). Что касается той крови, которая, не выделяясь наружу, остается в мясе, то она, как сказано выше, разрешена в пищу.
    Каким образом жарится печень?
    а) Целую печень предварительно надрезают вдоль и поперек, чтобы вскрыть вены. Впрочем, покупаемая сегодня печень уже надрезана по краям, а этого достаточно.
    б) Смывают водой кровь с поверхности, затем немного просаливают.
    в) Сразу же после этого раскладывают ее на решетке над огнем.
    г) Прожаренную таким образом печень следует еще раз омыть водой. Теперь ее можно или сразу подавать на стол, или продолжить приготовление — отварить в кастрюле, потушить на сковороде и т.д.
     
    Затруднения вызывает только та печень, которую не обработали в течение трех суток после убоя животного. По мнению большинства авторитетов кровь в ней затвердела настолько, что не выйдет наружу даже под воздействием огня; но варка в воде разжижает ее, и тогда печень, сварившаяся в собственной крови, становится запрещенной. Таким образом печень, пролежавшую более трех дней, можно только жарить, но после жарки варить или тушить ее запрещено. Что касается печени, которая была заморожена в течение трех дней после убоя, то некоторые авторитеты считают, что ее после прожаривания можно варить.
     
    И последнее замечание: нельзя держать печень в течение 24 часов или больше ни в воде, ни в сухом сосуде, в котором нет стока для крови, ни в целлофановом пакете. Если по нашей невнимательности она пролежала больше указанного срока — следует обратиться за консультацией к раввину.

    alexp Reply:

    @Лузер,
    — Ребе, можно ли есть пельмени со сметаной?
    — Свиные — можно…

  48. mizbug:

    «В Тегеране убит замминистра промышленности и торговли Ирана»

  49. mizbug:

    alexp Reply:

    @mizbug, наш человек. помним, любим…

  50. Буква Ю:

    яиц нет оп

    mizbug Reply:

    @Буква Ю,

    як цуп цоп

  51. alexp:

    гутенморген.

    цели ясны, задачи определены — за работу, товарищи.

  52. alexp:

    95 лет назад на карте Европы снова появилось польское государство.

    Буква Ю Reply:

    @alexp, ?йухан

    alexp Reply:

    @Буква Ю, ой-вэй, он ещё спрашивает…

  53. xe3:

    Слава Советским Почтальонам!

  54. xe3:

    Американцы купили долги Украины

    horseman Reply:

    @xe3, конечно золотом?

  55. shimron:

    кончились каникулы.
    началась утренняя нервотрёпка.

  56. shimron:

    то, что Максим никак не поздравил нашу полицию с днём милиции — вполне предсказуемо.
    это вообще отдельная тема — врачи наши, учителя, полицейские, судьи.
    и прочие, так сказать, «стоящие на защите жизни и здоровья».
    с одной стороны — это же мы и есть.
    с другой — тронь, попробуй. сожрут.
    а славословить не за что. хреновые у нас в большинстве подавляющем эти самые, вышеперечисленные работники. хотя люди они, как правило, неплохие. а при близком знакомстве, подкрепленном финансово, даже очень хорошие.
    парадокс?

    horseman Reply:

    @shimron, дада майор, с днем полиции и всего правоохранительного вас

    horseman Reply:

    @horseman, Со сцены прозвучали песни о суровых буднях сотрудников и с честью выполненном долге, о непрекращающейся борьбе с преступностью и торжестве закона.

    /wbr/ Reply:

    @horseman, и «еду в Магадан»?

    horseman Reply:

    @/wbr/, и да

  57. horseman:

    Полонский скрылся от полиции Камбоджи в джунглях

  58. /wbr/:

    Власти Камбоджи арестовали российского бизнесмена Сергея Полонского. Об этом сообщает «Интерфакс» со ссылкой на адвоката Полонского Александра Карабанова.

    поймали котека

    horseman Reply:

    @/wbr/, ога, посостязался с аборигенами на пересеченной местности … коммандо кругложеппое

    /wbr/ Reply:

    @horseman, наверное тоже вставал в стойку и кричал: «иди сюда,хомяк!»

    horseman Reply:

    @/wbr/, бамбуковый анальный иммобилайзер майора Ли Си Цына надежно зафиксировал беглеца

    /wbr/ Reply:

    @horseman, звезда в шоке)

    horseman Reply:

    @/wbr/, нет ли у вас миллиарда? — поинтересовался у Полонского майор. — Жаль. Пройдемте в жеппу.

    shimron Reply:

    @/wbr/, дурдом.
    лет через 5 про этого полонского ещё и фильм снимут.

    /wbr/ Reply:

    @shimron, это вам не это ©

  59. /wbr/:

    Владимир Путин провел совещание на тему использования Фонда национального благосостояния. Как пишут СМИ, речь идет о финансировании крупных проектов, однако президент подчеркнул, что было бы неправильно полностью потратить резервные деньги. Иными словами, предлагается идея осторожных инвестиций. Тема обновления инфраструктуры нашей экономики поднималась много раз, но обычно дальше экспертных оценок дело не шло. Сейчас вопрос вышел на самый высокий государственный уровень.

    пацаны заинтересовались

    horseman Reply:

    @/wbr/, Где же нашы деньги Остап Ибрагимыч? (с) От мертвого осла ушы получите у Пушкена (с)

    /wbr/ Reply:

    @horseman, Изо всех пышных оборотов царского режима вертелось в голове только какое‑то «милостиво повелеть соизволил». Но это было не к месту. ©

    horseman Reply:

    @/wbr/, полная тайна вкладовЪ!

    /wbr/ Reply:

    @horseman, а являетесь ли Вы членом секты «Ёбаный насрал!»?

    horseman Reply:

    @/wbr/, насралла, воопчето. НетЪ! А отчего вы спрашиваете, наиб?

  60. /wbr/:

    всем здравствовать…кстати

  61. /wbr/:

    Как вырос русский девелопмент… Лучше всего, конечно, этот масштаб был виден на вечеринках, которые проводились с поистине русским купеческим размахом, — вино и шампанское стоимостью от 600 евро за бутылку лилось рекой у компании Penny Lane Realty. «У кого нет миллиарда, могут идти в жопу» — так приветствовал своих гостей президент Mirax Group Сергей Полонский.

    помним, любим, скорбим

  62. /wbr/:

    полонскому к чичваркину на дачу надо было ехать, в сассекс или где он там ныкается, какой дурак прячется в камбодже среди косоглазых?!

  63. mizbug:

    «Крайние правые полосы столичных дорог могут сделать парковками»

    заебись, будет как в моих ебенях в центре
    обе стороны заствалены, а в середине даже две машины не разъедутся — охуенный гемор ехать

    парковки надо вообще запретить нахуй
    всем ездить по двое
    одна по делам бегает, второй в машине сидит (или наоборот), если кому мешает, сразу подвинулся-пропустил
    а кто один в машине едет — штраф пять тыщ

    люди в городах хоть будут больше общаться, а не как хомяки, блеать, каждый по своим норам
    машын в два раза меньше понадобится

    alexp Reply:

    @mizbug, надо ездить на надувных машинах. приехал, сдулся, в карман положил — и пошёл…

  64. /wbr/:

    Внутриконторская политика также находилась под неусыпным контролем веществ. Так, Сирожей был рожден и таки реализован проект под названием «Твоя первая четверть». Суть проекта заключалась в наборе топ-манагеров, да не по опыту работы, а по принципу кто громче пернет. Кандидаты на прослушивание должны были самостоятельно откликнуться на сей призыв, зарегистрироваться на сайте Миракса и прибыть на игрища в назначенное место и время. Местом оказался лес, а временем не то ноябрь, не то октябрь 2007 года. В ходе игрищ кандидаты должны были разбиться на команды и выполнять разнообразные идиотские задания, как то: построиться в колонну по одному, закрыть глаза, положить руку на плечо впередистоящему и таким макаром пройти по лабиринту. Впередсмотрящему, слава Б-гу, можно было невозбранно смотреть, куда он идет. Компания неудачников, сбившая пенек, дисквалифицировалась. Или прыгнуть с дерева спиной вперед, а остальные долбоебы должны поймать. Тяжело поверить, но в результате никто не принял ислам, а несколько деятелей таки были приняты на работу, с соответствующим окладом (один из них — некто Кошман, ни разу не соавтор письма Сирожи журналистам). Хуле, до крысиса оставался целый год…

    немудрено что его так быстро поймали

  65. whoami:

    Новый метод позволил разминировать Чечню на 130%, рапортовали военные

    /wbr/ Reply:

    @whoami, разминировать или заминировать? нет ли тут ошибки?

  66. whoami:

    Крупная партия орехов пропала со складов города Эскалон. Преступникам потребовалось несколько грузовиков, чтобы вывезти добычу. В последнее время грецкие орехи пользуются повышенным интересом у грабителей, что связано с изменениями конъюнктуры на рынке.

    /wbr/ Reply:

    фартануло, чо

  67. /wbr/:

    «Ты скотина жирная, блеать!» кричал на короля Камбоджи Сережка, спросонья думая что он все еще в Москве а перед ним зам.префекта Сущенко С. В.

  68. /wbr/:

    а не пора ли запостить сисек?

  69. /wbr/:

    /wbr/ Reply:

    @/wbr/, мимо

  70. /wbr/:

    /wbr/ Reply:

    @/wbr/, вот бы чаплину нос такой или кураеву

  71. horseman:

    осле того, как лечащий врач Майкла Джексона Конрад Мюррей вышел из тюрьмы, на его адвоката Валери Васс посыпались письма с угрозами от фанатов покойного поп-короля.
    — Если вы думаете, что фанаты Джексона веселые черные пидарасы, вы смертельно ошибаетесь, смертельно ошибаетесь, — подчеркивалось в письме.

  72. ABCD:

    В США спущен на воду новейший авианосец «Джеральд Форд»

    хорошая традицыя — называть авианосцы в честь президентов. много президентов — много авианосцев.
    а у нас? ну Александр Невский с Юрием Долгоруким, ок.
    Владимир Мономах с Владимиром Святославовичем — уже хохлы.
    понастроят и не знают как назвать. нету названий подходящих. хоть и не строй корабли, блеать.
    ну Владимир Путин ничо так, внушытельно. Дмитрий Медведев, Борис Ельцин пойдет , ага :))
    по Горбачеву уже начнется срач и цытаты из копетана врунгеля, ггг

    пысы. в страшном сне не приснится что американцы назовут свой крейсер в честь Хошымина какого-нибудь.

    horseman Reply:

    @ABCD, Ядерный авианесущий ракетный крейсер Семен Буденный

    мир вздрогнул

    shimron Reply:

    @horseman, нифига не вздрогнул.
    чтобы взрогнул надо — Фаина Раневская.
    например.
    :)

    horseman Reply:

    @shimron, Слушали-постановили

    булаву переименовать в фаину

    так полетим!

    shimron Reply:

    @horseman, нене. вот булаву как раз не надо.
    фаина раневская — как минимум линкор какойнить. или авианосец.
    а вот ещё можно: атомная подводная лодка Любовь Орлова.
    а булава пусть остаётся как есть.

    alexp Reply:

    @shimron,
    ракетный крейсер надежда толоконникова?
    тральщик алексей навальный?
    мотобот владимир жириновский?

    … а потом всех потопить…

  73. 11 ноября власти Камбоджи приняли решение штурмовать остров бизнесмена Сергея Полонского для передачи его российской стороне. …

    horseman Reply:

    @tallinn, доигралсо хуй на скрыпке

    Ю.В. Reply:

    @horseman, штурмующих остров Полонский встретил знаменитой цитатой: «У кого нет хотя бы миллиарда, может идти в жопу!»

  74. aLive:

    Комсомолка, спортсменка и просто красавица. Год 2013-й.

    Ю.В. Reply:

    @aLive, почему «МК» до сих пор не переименован в «Московский сексомолец»? Давно пора.

  75. horseman:

    200 — расстрел на месте

  76. shimron:

    /wbr/ Reply:

    @shimron, это что за мальчик?

    shimron Reply:

    @/wbr/, это вовсе девочка.

  77. shimron:

    В семи городах Северной Кореи с начала ноября казнены в общей сложности 80 человек, утверждает южнокорейская газета «Чунан ильбо» со ссылкой на собственный источник. В основном казненные были признаны виновными в просмотре южнокорейских телепрограмм и сериалов и аморальном поведении, в том числе распространении порнографии и азартных играх.

    По данным издания, казни произошли в воскресенье, 3 ноября. В каждом из городов публично расстреляли примерно по 10 человек. Одна из казней проходила на стадионе, ее наблюдали около 10 тысяч человек, в том числе дети. Источник газеты утверждает, что северокорейские власти заставили местных жителей прийти посмотреть на расстрел.
    http://lenta.ru/news/2013/11/11/tv/

    Ю.В. Reply:

    @shimron, а вот я как-то не уверен, что всё тут правда. Если верить западным и южно-корейским журналистам, то все население севера уже много лет назад должно было вымереть от голода без американской продовольственной помощи. А почему-то не вымерло. У власти там не ангелы, но пресса перебарщивает. Ну как виновные могут просматривать южно-корейские телепрограммы? Нет там вещания с юга. А в тексте другого сообщения об этих же событиях было добавлено «владение Библией» как преступление. Между прочим, на днях едет в Пхеньян делегация южно-корейских католиков отметить 25-летие католического собора в Пхеньяне. Сообщило об этом ватиканское радио. Так что помните любимое изречение Маркса: «Подвергай все сомнению!»

    shimron Reply:

    @Ю.В., а я видела, как живут и работают корейские «леспромхозы» на Дальнем Востоке.
    потому, как раз уверена, что если и не всё, так почти всё — правда.

  78. 11.11.2013
    Инвестиционная компания Franklin Templeton Investments выкупила до 20 процентов государственного долга Украины. Об этом в номере от 10 ноября сообщила газета The Financial Times со ссылкой на информацию Bloomberg.

  79. Foma:

    Алкогольный регулятор решил прикрыть несколько лазеек для недобросовестных производителей водки. Они разливали, например, водку в бутылки нестандартного размера, что позволяло продавать продукт дешевле нормативов.
    Росалкогольрегулирование уравняло минимальную цену на водку, разлитую в бутылки емкостью от 0,375 до 0,5 литра.
    Как объясняют, такой приказ выпущен для того, чтобы оградить потребителей от нечестной конкуренции. Ведомство обнаружило, что особо предприимчивые бизнесмены стали выпускать водку в меньшей таре и продавать ее по более низкой цене. Так, установленная в России минимальная цена водки – 174 рубля за 0,5 литра, а водку в таре 0,45 литра в пересчете стали продавать за 156,6 рубля.
    Не наебитись, идиотЪы.

    whoami Reply:

    @Foma, требуйте долива

  80. whoami:

    Васильевой испортили картины

    11 ноября 2013

    Главная фигурантка дела «Оборонсервиса» утверждает, что следователи разбили рамы и просвечивали полотна «какими-то лучами»

    alexp Reply:

    @whoami, срочно переквалифицировать в потерпевшую и освободить!

    Foma Reply:

    @alexp, И не забыть выплатить компенсацию.

    horseman Reply:

    @alexp, хуй там! в мученицу — отпустить все грехи до седьмого колена.

  81. /wbr/:

    Foma Reply:

    @/wbr/, Над чем эта падла в машине ржет?

    /wbr/ Reply:

    @Foma, ничошная задница то, вот и радуется ябывдутель

  82. ГосПоиск новый поисковик — скоро на всей территории РФ (остальные запретят)
    http://gossearch.ru/

  83. tersel:

    как тихо здесь! вымерли все штоли? чума? оспа? геморрагическая лихоратка эбола?

  84. xe3:

    художника Павленского отпустили

    опять без дозы аминазина.. Как страшно жить…

    horseman Reply:

    @xe3, родена встретила полонского суховато

    e_carthman Reply:

    @horseman, таки нету у нево типерь миллиарда. сам себя послал

  85. horseman:

    ЕБАНЕ КАКЛЫ НЕ ДОБИРАЮТ РОССИЙСКИЙ ГАЗ ТЧК СКОРО ВСЯ МОСКВА ВЗЛЕТИТ ВОЗДУХ ВОСКЛ
    ШТИРЛИЦ

    xe3 Reply:

    @horseman, осень теплая, не волнуйтесь. Вот придет обещанная суровая зима, так что замерзнет Черное Море, вот тогда и посмотрим!

    horseman Reply:

    @xe3, вам хорошо рассуждать, а у нас люди гибнут — вон под москвой опять ебнуло то ли пропан, то ли гексоген

  86. Россияне одобряют арест активистов Greenpeace

  87. ПНХ заставил Генпрокуратуру отказаться от дорогих авто

    aLive Reply:

    @exorcismist (exactis illusionibus), а что ПНХ это у нас Кононеко, да ?

    exorcismist (exactis illusionibus) Reply:

    @aLive, у вас — да.

  88. За первое полугодие 2013 года в России введено свыше 450 тыс. кв. м торговых площадей — это больше, чем в любой из стран Европы. При этом, как сообщает газета «Ведомости», из расчёта торговых площадей на душу населения Россия по-прежнему среди отстающих.

    exorcismist (exactis illusionibus) Reply:

    @exorcismist (exactis illusionibus), а ведь какой красивый лозунг — «отставать опережая!»

  89. VRV:

    Идет как то Владимир Владимирович по красной площади …

    VRV Reply:

    @VRV, а антипрпропагандон ему в ответ «Я здесь лягу!»

  90. Начиналось всё с того, что благообразный молодой человек познакомился с крайне привлекательной девушкой и уговорил её выйти замуж. Появились отпрыски. Однако с возрастом они становились, деликатно говоря, все менее симпатичными. Муж сперва обвинил супругу в измене. Но скоро всплыл обман иного рода.

  91. «Каждый день повторяются провокации, мне звонит жёлудь, какие-то ещё непонятные персонажи, которые пытаются меня шантажировать и предлагают различные варианты „сотрудничества“, как они сами это называют», — заявил газете ВЗГЛЯД Маркелов.

  92. Foma:

    На прошлой неделе, на самом популярном сервисе компании Google, видеохостинге YouTube, произошли изменения. Google решила интегрировать в него поддержку системы комментариев из своей социальной сети Google+. Об этой идее впервые было объявлено еще в сентябре, и спустя несколько недель ограниченного тестирования, система начинает свою медленную, но неумолимую экспансию на YouTube.
    Боян?

  93. xe3:

    За мной просили не занимать!

    dyatel Reply:

    @xe3, смотрящий регулировщик — вот поэтаму пенсионеры нужны, оне вовремя предупредят и посоветуют..

Оставить комментарий

Чтобы оставить комментарий, Вы должны войти в систему.